КВИНТ ГОРАЦИЙ ФЛАКК • ПЕРЕВОДЫ И МАТЕРИАЛЫ
CARM. ICARM. IICARM. IIICARM. IVCARM. SAEC.EP.SERM. ISERM. IIEPIST. IEPIST. IIA. P.

carmina i xii


текст • переводы • commentariivarialectioprosodia

[перев. не установлен] Гинцбург Н. С. Глусский В. В. Котельницкий А. М. Порфиров П. Ф. Тучков С. А. Фет А. А. Шатерников Н. И.

[1/8[перев. не установлен]


Кого на лире златострунной,
Кого, о Клио, славишь ты?
Дай глас твой громкий и перунный,
Дай глас твой с горней высоты!

5 <На> коих высота́х тенистых,
О Клио, глас бы я твой внял?
Там Пинд подоблачный, холмистый
Твой глас гремящий повторял!

Леса подвиглись, наклонились,
10 И тигр, и агнец предстоят —
И реки все остановились,
Чтоб лире песнопевца внять.

Но что же возвещу на лире?
Кого воспеть в начале мне?..
15 Хвала Творцу гремит в сем мире —
На тверди, на земле везде!

Он правит ветрами, морями
И путь чертит планетам всем;
Он правит вечными судьбами —
20 Повелевает ночью, днем!

Что может быть его святее?
Никто не постижет того!
Что может быть его светлее?
И солнце са́мо — тень его!

25 Из смертных кто есть всех славнее —
Того и петь стремлюся я;
О дух мой! Ввыспрь пари быстрее,
Чтоб скрылась под тобой земля!

Но что мне петь иноплеменных?
30 Я — росс! И россов воспою;
К тебе сквозь веки отдаленны,
К тебе, о Рюрик, воззову.

<Иль> славны подвиги, бесстрашны,
Твои, о Святослав, мне петь?
35 Ты в светлый день, ты в ночь ненастну,
И побежден ты мог греметь.

Владимир! Иль твою святыню,
Иль благость петь теперь твою?
Иль ту ужасную годину,
40 Как силу разделил ты всю?

Или́ в восторге возвышенном
Воспеть Невы и Дона брег?
Иль храбрость россов оживленных
И славу их, парящу вверх?

45 Или́ Казани покоренье
И вечный агарянов стыд —
Как новое преображенье
И россов, и меня живит?

Прославлю доблести Петровы
50 И прах его возвеселю —
Ударю в струны в ликах новых
И грозно в тверди возгремлю.

Блажу владычие богини,
Но петь я слаб России мать;
55 Луны бледнеет свет пустынный —
Героев сонмы предстоят!

Или́ того, кто верх альпийский
Попрал нетрепетной ногой?
Но внемлю славы глас российской —
60 Кто кроток сердцем, благ душой!

Один наш Царь Богоподобный!
Внемлите же судеб обет —
Пред ним падет враг лютый, злобный,
И мир ему любовь несет!

65 То милостью своей святою
Владеть народами возмог;
Тому не льстить хвалой пустою,
Тот царствует в сердцах как Бог!

«Друг просвещения», М., 1805, ч. 1, № 2, с. 77—81.

Подражание Горацию. Книги I, оде 12.

[2/8Гинцбург Н. С.


Мужа ты какого, героя ль, бога ль
Лирой хочешь петь или резкой флейтой,
Клио? Имя чье будет вторить всюду
Эхо шутливо?

5 Там, где тень дают Геликона рощи,
Там, где Пинда высь или Гем холодный,
Шли откуда вслед за певцом Орфеем
Рощи покорно?

Матерью учен, замедлял поток он
10 Бурных рек, ветров умерял порывы;
Шли за ним дубы по следам, внимая
Струнам певучим.

Что я смею петь до хвалы обычной
Всех Отцу? Людей и богов делами
15 Правит он во все времена, землею,
Морем и небом.

Выше, чем он сам, ничего нет в мире,
И ничто ему не равно по славе.
Ближе всех к нему занимает место
20 Дева Паллада,

Что смела в боях. Не пройду молчаньем
Вас: о Вакх! о ты, что зверям враждебна,
Дева! ты, о Феб, что внушаешь страх всем
Меткой стрелою!

25 В честь Алкида я буду петь и Леды —
Близнецов: один был кулачным боем
Славен, тот — ездой на конях. Блеснут лишь
Путникам оба,

Вод поток со скал, торопясь, стекает,
30 Ветры стихнут вдруг, разбегутся тучи,
Горы грозных волн — то богов веленье —
В море спадают.

Ромула ль затем, времена ли мира
В царство Нумы петь мне, не знаю, Приска ль
35 Гордые пучки, иль конец Катона,
Славы достойный.

Регула равно я и Скавров вспомню;
Павла, что лишил себя жизни, видя
Вражьих сил успех; как Фабриций чист был,
40 Вспомню я с Музой.

Как служить войне и косматый Курий
Должен был, равно и Камилл, суровой
Бедностью тесним и именьем скудным,
Дедов наследством.

45 Словно древа ствол у Марцеллов слава
С каждым днем растет, и средь них сверкает
Юлиев звезда, как в светилах меньших
Месяц сияет.

О отец и страж ты людского рода,
50 Сын Сатурна! Рок поручил охрану
Цезаря тебе: пусть вторым он правит,
Царствуй ты первым.

Все равно, триумф заслужив, кого он
В Рим введет: парфян ли смиренных, Лаций
55 Мнивших взять, вождей ли индийцев, серов
С края Востока, —

Пусть на радость всем он землею правит,
Ты ж Олимп тряси колесницей грозной,
Стрелы молний шли нечестивым рощам
60 Гневной десницей.

Впервые: «Гораций: Полное собрание сочинений», М.—Л., 1936, с. 22—23.

Ода 12. Написана вероятно в 29 году. Обращена к Августу. Размер: Сапфическая строфа.


Ст. 14. ...Всех Отцу — Юпитеру.

Ст. 25—26 ...Леды — близнецов — Кастора и Поллукса. См. выше примеч. ко 2-му стиху 3-й Оды.

Ст. 33—47. После мифических богов и героев Гораций переходит к царям и героям Рима.

Ст. 35. Гордые пучки, т. е. ликторские связки (fasces), как символ государственной власти.

Ст. 35. Конец Катона. Самоубийство убежденного сторонника аристократической республики Катона Утического (в 46 году до н.э.), вызванное победой Цезаря над Помпеем, стало классическим образцом римской доблести; сам Август, по свидетельству Макробия, «всерьез восхвалял Катона».

Ст. 37. Регул. Марк Атилий Регул был во время первой Пунической войны (III век до н.э.), взят в плен карфагенянами и, по преданию, отправлен ими в Рим для мирных переговоров, где выступил как ярый противник мира, за что по возвращении в Карфаген был казнен.

Ст. 45. Марцеллов слава. Очевидно речь идет о завоевателе Сиракуз во время второй Пунической войны (218—201 г. до н.э.) Марке Клавдии Марцелле и тезке его, племяннике Августа, которого последний усыновил и, невидимому, предназначал себе в наследники.

Ст. 47. Юлиев звезда — Август.

Ст. 50. Сын Сатурна — Юпитер.

[3/8Глусский В. В.


Лирой или острой какому флейтой,
Клио, торжество мужу иль герою
или богу дашь? Позовет чье имя
образ веселый?

5 Или там в тени склона Геликона,
иль на Пинда обледенелом верхе,
где нетронуты пред Орфеем чащи
благоговеют,

скорый рек поток и ветров поспешность
10 материнским Он тем искусством верным
ласково увлек и дубы, что слышат
слухом певучесть.

Что скажу сперва похвалой обычной
я отцу, дела кто богов и смертных,
15 море, сушу, мир временами года
разно умерил?

Самому ничто не родилось большим,
не растет похожее иль второе,
близкие ему чести занимает
20 разве Афина,

храбрая в боях. Умолчу ль Либера,
и тебя, суровым зверям врагиню
деву, и тебя, кто стрелою верной,
Феб, угрожающ.

25 И Алкида я, с ним и двойню Леды
назову — копьем и кулачным боем
славных. Их один морякам белеет
звездочки отблеск?

льется со скалы побужденье влаги,
30 падают ветра и уходят тучи,
приступ волн как то есть на море воля
мирно улегся.

Ромул после них иль Помпилий тихий
Рима царь пойдет, иль Тарквиний гордый,
35 (сомневаюсь я) может, благородство
смерти Катона?

Регула введу и души великой
расточителя — то Эмилий Павел,
и Фабриция, славною Каменой
40 быв благодарен.

Курия того, кто войной нес пользу,
быв всклокочен весь, и того Камилла —
дикая нужда и участок дедов
с ладящим ларом.

45 Словно дуб растет скрытым веком слава
о Марцелле иль среди всех мерцает
Юлия звезда, словно между меньших
огней Селена.

Ты отец и страж рода человеков,
50 сын Сатурна, о Цезаре Великом
суждена забота была, ты правишь
Цезарем Новым.

Он иль подчинил зачастивших Парфов
Лацию, смягчив их триумфом правым,
55 или покорил на брегах Востока
Серов и Индов,

малый правит миром по шири равным:
лишь Олимп тряси ты повозкой тяжкой,
редко посылай ты враждебность вспышек
60 чистому свету.

[4/8Котельницкий А. М.


Какого мужа иль ироя
Приемлет Клио прославлять?
Иль лиру нежную настроя,
Какого бога воспевать?
5 Или пищали громким тоном?
И шумный отголосок с громом
Чье имя повторит в стихах,
В странах священных Аполлона,
В пространствах Пинда — Геликона —
10 В прохладных Гема древесах.

Здесь песнопевец, наученный
Искусством матери своей,
Певец — и лирою волшебной
Неподражаемый Орфей —
15 Отсель своим пленял все пеньем,
Подвигнулись леса с стремленьем;
Он камни им одушевлял —
И быстры реки течь престали,
И скоры ветры песнь внимали,
20 И дубу слух он даровал.

Теперь кого дерзну я славить
Обычно — первою хвалой;
Того — того, который правит
Богами, смертных всех судьбой;
25 Который властен над землями;
Простер державу над водами;
Повсюду власть свою явил —
Зевеса! — коего веленьем
Текут времен часы с стремленьем;
30 И кто ему подобен был?

Из смертных ни един сильнее
Его во свете не рожден;
Нет небожителей мощнее;
Величеством он несравнен —
35 Но токмо почестьми Палладу,
За подвиги ее в награду,
Зевес превыше всех почтил;
По нем пред всеми та блистала,
Богиню мудрость украшала,
40 И с нею купно крепость сил.

Тебя, о Вакх, прейду в молчанье,
Толико сильного в войнах?
Богиню ль, что зверей в терзанье
Проводит дни в густых лесах?
45 Того ль, что грозны стрелы мещет,
Удара коих всяк трепещет,
Тебя, о мощный Аполлон!
Удары стрел твоих смертельны,
Стремленья их неложно верны;
50 Куда летит — отдастся стон.

Алкида вознесу хвалами,
И чад я Леды воспою,
Из коих Кастор в брань конями,
А Поллукс в рыцарском бою
55 Прехрабры подвиги являли.
Коль скоро звезды их сияли,
Пловцам счастливый знак бывал —
С утесов волны нистекали
И ветры сильны умолкали,
60 (По их желанью) Понт дремал.

К тебе, о Рима созидатель,
Я глас свой обращу теперь;
К тебе, о кроткий обладатель!
При коем Рим в покое цвел?
65 Или тоскански украшенья,
Во время браней и сраженья,
Введенные Тарквиньем в Рим,
Предметом будут лирна тона?
Иль смерть великого Катона,
70 Свершенна благородно им?

Поведай Регула и скавров,
Поведай Павла, Муза, мне;
Как меч заставил Аннибалов
Кровь римску в каннской течь стране;
75 Тут Павел был великодушен,
Готовый пасть средь войск бездушен,
Постыдным чтил герою быть —
Осыпь Фабриция хвалами,
С простыми Куриям власами,
80 Камилла — и героев всех.

Мужей славь храбрость — коих бедность
И предков мала часть земли
Произвели в душах их ревность,
На степень славы возвели;
85 Их бедна хижина скрывала;
Но вдруг их храбрость воссияла
И с нею купно тьмы побед.
Как древа ветвь — распространялась,
Маркелла слава — умножалась,
90 И Юлий там лиет свой свет.

Лиет свой свет — и пред огнями
Его созвездье всех светлей,
Как лунный свет перед зведами
Блистает множеством лучей.
95 «Отец богов — и всех хранитель
Сатурнов сын, судеб правитель,
Правитель Кесаревых дней —
Твоей его вручил рок власти,
Позволь, да правит в мирной части,
100 Да славы шествует стезей.

Хотя и Лацию грозящих
Под власть он парфян покорит;
Хотя врагов ужасных, мстящих
Он в прах и пепел обратит;
105 Хоть Сар и Инд падут с мольбою,
Да будет он храним тобою,
Тобой — толь сильным пред врагом.
Ужасен огнь в твоей деснице,
Гремишь в златой ты колеснице,
110 На рощи мещещь мстящий гром.

Впервые: «Приятное и полезное препровождение времени», М., 1796, ч. 11, с. 205—208.

[5/8Порфиров П. Ф.


Какого мужа ты, героя или бога
Прославишь лирою, свирелью-ль звонкой мне,
О, Клио? Имя чье играющее эхо
Отгрянет гулко в тишине

5 На склонах-ли в лесах тенистых Геликона,
На Пинде, или там, на Геме ледяном,
Откуда двинулись леса вослед Орфею,
Завороженные певцом.

Но что мне раньше петь, как не Отцу хваленье,
10 Кто устрояет жизнь и смертных, и богов,
Кто морем, сушею и твердью управляет
В круговращении веков,

От коего ничто во веки не исходит
Подобное ему иль выше, чем он сам;
15 Однако вслед за ним возславлю я Палладу,
В боях ужасную врагам.

Но я не умолчу и о тебе, о Либер,
Ни, Дева, о тебе, гроза лесных зверей,
Ни о тебe, о Феб, внушающий всем трепет
20 Стрелою меткою своей.

За ними воспою я также и Алкида,
И Леды сыновей — в ристалищах один
Был славен, а другой — в кулачных поединках.
Блеснет пловцам среди пучин

25 Созвездье их, — от скал взволнованное море
Отпрянет, ветр падет, нет туч — лазурь ясна,
И расплывается, покорная их воле,
На море грозная волна.

Не знаю, Ромула-ль потом воспеть, иль вспомнить
30 Миролюбиваго Помпилия венец,
Иль связки ликторов Тарквиния надменных,
Катона-ль доблестный конец?

Растет, как дерево из семени, неслышно
Марцелла слава; но в кругу других одна
35 Сияет Юлия звезда, как в сонме меньших
Светил — блестящая луна.

О, ты, Сатурна сын, отец и промыслитель
Людей! в путях своих всегда храним тобой
Великий Август наш: о, правь ты нами первый,
40 А Цезарь — по тебе второй!

В триумфе-ль радостном погонит усмиренных,
Грозивших римскому владычеству парфян,
Враждебных серов-ли, иль индусов, живущих
Среди восточных дальних стран, —

45 Он, меньший по тебе, пусть правит всей вселенной,
Ты-ж колесницею средь темных облаков
Олимп свой сотрясай, стрелами поражая
Сень рощ, забывших про богов.

Впервые: Порфиров П. Ф., «Гораций: Оды в 4-х книгах», СПб., 1902.

Гимн в честь богов и знаменитых мужей.


Ст. 3. Клио — муза истории. Гораций вспоминает о знаменитых мужах, безсмертных в памяти народа.

Ст. 5. Горы Геликон и Пинд — любимое местопребывание муз. Гора Гем находилась в северной Фракии, родине Орфея.

Ст. 8. В подлиннике следует затем четверостишие: Искусством наследным умел оковать он // И быструю реку, и ветер летучий, // И чуткому дубу был сладко понятен // Струною певучей. (Фет). Эти строки — по мнению лучших толкователей — подложны. После такого сильнаго образа, как зачарованные пением леса, Гораций положительно не мог, не расхолаживая образа, повторить затем, что своими звонкими струнами Орфей увлекал заслушавшиеся дубы: Blandura et auritas fidibus canons // Ducere quercus.

Ст. 17. Вакх.

Ст. 18. Диана — богиня охоты.

Ст. 21. Геркулес.

Ст. 22. Близнецы Кастор и Поллукс.

Ст. 32. Катон Утический лишил себя жизни, чтобы не пережить падения свободы республики. Вслед за этой строфой следуют еще две подложныя, которыя мы приводим в передаче Фета: Ты, Регул, вы, Скавры, ты, Павл, расточавший // Великую душу мечам Карфагена, // И ты, о Фабриций! о вас прозвучавши, // Гордится Камена. // Тебя, и с главою косматой Дентата // На бранную доблесть — равно и Камилла — // Суровая бедность да отчая хата // Полей породила.

Ст. 34. Сын Октавии, племянник и зять Августа.

Ст. 48. В священных рощах воздвигались алтари богам.

[6/8Тучков С. А.


Кого, о Муза, из героев
Или́ из смертных воспоешь?
Среди небесной лиры строев
Кого хвалами вознесешь?
5 Чье имя гор верхи тенисты,
Струи гремящи Пинда чисты,
Чье имя будут прославлять?
Чье имя Гемуса пределы,
Чье имя Геликон веселый
10 В восторге будут повторять?

Крутые Гемуса вершины,
И камни коего толпой
Спешили с мест своих в долины,
Услыша лиры звук златой,
15 Орфея пенью покорялись —
Пред коим бури укрощались,
И дубы, чувственность прияв,
Текли за ним вослед с весельем,
И дики звери с изумленьем
20 Позабывали лютый нрав.

Откуда песнь начать прилично?
Кого в начале восхвалить?
Юпитера! Его обычно
Должны все люди возносить,
25 Богов всевышнего владыку —
Его могуществу велику
Весь мир пространный покорен!
Владеет морем и землями,
Луной, и солнцем, и звездами,
30 Чредой господствует времен.

Живущего в небесном своде,
Которого сильнее нет,
Нет равного ему в природе,
Подобного не у́зрит свет!
35 По нем Палладу почитая
И в громких песнях возглашая,
Я Бахуса воспомяну,
Его победы я прославлю;
Богиню в славе я представлю,
40 Зверям творящую войну!

Я Феба стрел златых победы
И с ним Алкида воспою;
И вы, сыны прекрасной Леды,
Хвалу услышите мою!
45 Один в ристанье вихрю равен,
Другой — в единоборстве славен;
Едва их кроткая звезда
Прострет сиянья позлащенны —
Ужасным страхом пораженны,
50 Ликуют на́ море суда.

Кипящи волны упадают,
Коль в небе луч ее блеснет;
Верхи каме́нны обнажают,
В пещеру буйный ветр уйдет,
55 Угрюмы тучи разлетятся,
В долины горы превратятся,
И шум умолкнет на вода́х,
Рассеется седая пена —
Сия счастливая премена
60 Прогонит в мореходцах страх.

Воспеть ли знаки мне державы
И власть Тарквиния почтить,
Иль Ромула гремящей славы
Успехи дивны возвестить?
65 Иль Нумы кротки дни прославить?
Иль смерть геройскую представить
Катона, мужества в пример?
Внимая римлян всех желанье,
Представлю Скавросов сиянье,
70 Превыше всех прославя мер!

Воспойте Регула со мною,
Возвыся, Музы, светлый глас!
Эмилия взнося хвалою,
Представьте тот ужасный час,
75 Когда победа Аннибала
В нем столько дух восколебала,
Что, славы зря своей урон
И храбрых римлян пораженье,
Не мог снести уничтоженье,
80 И жизнь свою окончил он.

Внемли, о Курий, глас усердный,
Камилл, Фабриций, песнь мою!
О мужи, коих души тверды,
Прославя бодрственность свою,
85 Попрали роскошь и забавы;
Среди побед, средь громкой славы,
Средь хижин, в поле за сохой,
Убожество претерпевая,
О благе общем помышляя,
90 К нему весь дух стремили свой.

Как юно древо возрастает,
Цветет при токах быстрых вод,
Так дух Марцелия сияет,
Его потомков поздний род;
95 Как солнце блещет пред звездами,
Так доблестей его лучами
Июлия украшен дом;
Пред всеми выше в славе зрится,
Везде как молния стремится
100 Доброт и дел великих гром!

Сатурнов сын громодержавный,
Хранитель смертных и отец!
Ты, коему победы славны,
Крепят небесных сил венец!
105 Судьба тебе препоручила
Твоей чтоб власти страшна сила
Блюла дни Августа собой!
Пребудь владыкой первым в мире,
Да Август, царствуя в порфире,
110 Владеет светом под тобой!

Хоть Август в славе к колеснице
Парфян и церов прикует,
И, лавр держа в своей деснице,
Индийцев в узах приведет,
115 Хотя везде пребудет славен —
В величии не будет равен
Тебе, который небеса
Ужасным громом потрясает,
За нечестивость устремляет
120 Перун в священные леса!

Тучков С. А., «Сочинения и переводы», М., 1816, ч. 1, с. 66—70.

Ода XI. Воспев богов и героев, соплетает похвалы Августу.


Ст. 9. Гелиус. Гора во Фракии, посвященная Музам. Фракия называется ныне Румелия, и горы оной — Балканами.

Ст. 43. Сыны Леды. Кастор и Поллюкс.

Ст. 69. Скавросы. Боги римлян, оказавшие великие благодеяния народу.

[7/8Фет А. А.


Какого ты мужа, какого героя,
О Клио, на лире иль флейте прославишь?
Не имя ли бога ты эхо живое
Отгрянуть заставишь

5 Долин Геликона в дубраве тенистой?
На пинде иль Геме, не знающем зною?
Откуда деревья Орфей голосистый
Увлек за собою.

Искусством наследным умел оковать он
10 И быструю реку, и ветер летучий,
И чуткому дубу был сладко понятен
Струною певучей.

Могу ль не во первых вещать я хвалены?
Отцу и царю над людьми и богами,
15 Что море и землю и мира теченье
Умерил часами?

По нем же от века сильнейшего чада
Ни равного мир, ни второго не знает!
Ближайшую почесть, однако ж, Паллада
20 Пускай занимает.

Отважного Вакха забуду ль струною,
Забуду ли деву полночного неба
Зверям роковую, иль меткой стрелою
Грозящего Феба?

25 Алкида ль прославлю иль мальчиков Леды?
Того на конях, а другого на скорых
Кулачных сраженьях любимцев победы,
Созвездье которых

Пловцам лишь заблещет — и влага седая
30 Стекает с утесов, и ветер стихает,
И на море бурном, их воле внимая,
Волна опадает.

За ними, не знаю: древнейшего ль трона
Я век воспою? Век ли Нумы спокойный?
35 Тарквиния ль гордые связки, Катона
Конец ли достойный?

Ты, Регул, вы, Скавры, ты, Павл, расточавший
Великую душу мечам Карфагена,
И ты, о Фабриций! О вас прозвучавши,
40 Гордится Камена.

Тебя, и с главою косматой Дентата
На бранную доблесть, равно и Камилла,
Суровая бедность да отчая хата
Полей породила.

45 Растет неприметно, как дерево летом,
Марцеллова слава, и все пред звездою,
О Юлий, твоею, что меньшие светом
Огни пред луною.

Отец мирозданья и вечный блюститель!
50 Ты Цезарю в стражи избранный судьбами,
Даруй, чтоб второй по тебе повелитель
Был Цезарь над нами!

Ведет ли в триумфе, отрадном гордыне,
Он парфов, пред Римом кичливых без меры,
55 Дрожат ли пред мощным в восточной пустыне
Индийцы и серы...

Меньшой по тебе, он да правит вселенной!
Ты ж горний Олимп сотрясай колесницей,
Ты рощи нечистые жги раздраженной
60 Громовой десницей.

Впервые: Фет А. А., «Гораций: Оды в 4-х книгах», СПб., 1856.

Од. XII. Эта ода написана в 725 году, в честь Августа, возвратившегося после побед над парфянами, галлами и др. и усыновившего в том же году М. Марцелла, сына сестры своей, Октавии.


Ст. 6. Горы: Геликон в Беотии, Пинд в Фессалии и Гем (Haemus) во Фракии.

Ст. 9. Неудивительно, что Орфей увлекал своим искусством даже неодушевленную природу, будучи сыном и учеником Каллиопы.

Ст. 14. Юпитеру.

Ст. 23. Диану.

Ст. 25. Кастор и Поллукс, см Од. II, 8, 2.

Ст. 33. Век Ромула.

Ст. 35. Увлекаясь эпитетом «гордые», не должно относить этих слов к Тарквинию Гордому. Исчисляя богов и славных мужей,. Гораций не стал бы поминать этого царя. Он говорит о Тарквинии Древнем, пятом царе римском, который украсил город и ввел с другими знаками величия и связки, носимые ликторами, которые потому и названы Горацием гордыми.

Ст. 36. После тапской битвы, М. Катон Младший, желая, но словам Валерия Максима (III, 2, 14), предпочесть жизни без славы славу без жизни, проколол себя мечом и умер, сорвав сделанную ему перевязку.

Ст. 37. Марк Эмилий Скавр, сын угольщика, прославился строгостью жизни, а сын его, М. Скавр, быль правителем Сардинии.

Ст. 38. После страшного поражения при Каннах, Л. Эмилий Павл, сидя раненый на поле сражения, отказался от лошади, на которой мог бы ускакать, и погиб добровольно от мечей карфагенян.

Ст. 39. Кай Фабриций, которого честности удивлялся Пирр.

Ст. 40. Курий Дентат, полководец, известный бескорыстием и собственными руками возделывавший поля, придерживаясь древнему обычаю, никогда не стриг головы и не брил бороды.

Ст. 42. Марк Фурий Камилл приказал связать руки учителю из осажденной Фалерии и приведенным в заложники ученикам гнать его обратно в город розгами.

Ст. 45. М. Марцелл, женатый на Юлии, дочери Августа, и усыновленный им, подавал самые блестящие надежды.

Ст. 46. Не должно, по примеру многих объяснителей, под звездою Юлия разуметь Юля Цезаря, о котором Гораций весьма редко, и то вскользь, вспоминает. Поэт заключает ряд великих людей любимцем Августа, Марцеллом, и наконец самим Августом, которого он называете звездою Юлия от Июла, сына Энея.

Ст. 54. Парфы, см. I, од. 2, 51.

Ст. 56. Индийцы и серы, жившие на салом отдаленном востоке, прислали просить расположения Августа.

Ст. 57. Поэт как бы разделяет владычество на земле Юпитером.

Ст. 59. Нецеломудренная любовь более всего могла осквернить рощи, посвященные богам.

[8/8Шатерников Н. И.


Из мужей кого, из героев, Клио,
С лирой станешь петь или флейтой звонкой,
Из богов кого? Повторит чье имя
Эхо живое

5 Иль в густой тени геликонской рощи,
Иль где Пин да склон, или Гем холодный?
Там, на Геме, лес за Орфеем звучным
Двинулся слепо:

Силу мать дала — удержать теченье
10 Быстрых рек, и ветр чаровать проворный,
И дубы, что в слух превратились, двинуть,
Звуком чаруя.

Песнь с чего ж начать? Не с хвалы ль обычной
В честь отца богов и людей владыки?
15 Морем правит он, чередуя время,
Землями, миром...

Выше, чем он сам, не родил Юпитер,
Равных нет ему иль его второго...
А за ним — почет воздаем великий
20 Деве Палладе:

К бою — смелость в ней! Пропустить могу ли,
Вакх, тебя и ту, что гроза для хищных,
Иль тебя забыть, Аполлон, стрелою
Меткою грозный!

25 Песнь тебе, Алкид! Сыновьям я Леды
Песнь пою: один — знаменитый конник,
А другой — боец. Заблестят лишь в море
Белой звездою, —

И бежит вода со скалы, волнуясь,
30 Стихнет ветра вой, облака растают,
И волна падет на бурливом море, —
Братьев то воля!

Кто за ними вслед? Или ты, о Ромул,
Нума ль, кроткий царь, или ты, Тарквиний,
35 Властью грозной горд, иль Катон, — решу ли, —
Смертию славный?

Регул, Скавры, ты, при победе Пуна
Дух великий свой не щадивший Павел,
Ты, Фабриций, — всех в благодарной песне
40 Славить я буду.

Тот последний, с ним и косматый Курий,
И Камилл — в войне свою мощь явили:
Их — клочок земли высылает скромный,
Жесткая бедность.

45 Скрыто, будто дуб, для Марцеллов слава
Все растет, растет... Но других светлее
Юлиев звезда, как луна средь хора
Звездного неба.

Ты, отец людей и хранитель вечный,
50 Сын Сатурна! Цезарь великий роком
Попеченью дан твоему: ты — первый,
Он — за тобою.

Грозных нам парфян победит ли в битве
И в триумфе их поведет достойном,
55 Иль других врагов, на востоке дальнем,
Индов и Серов, —

Равный пусть вторым, на утеху землям,
Правит он! Олимп колесницей тяжкой
Двинешь ты, метнув своих молний стрелы
60 В рощи порочных.

Шатерников Н. И., «Гораций: Оды», М., 1935.

Ода 12. Написана в 29 году, по возвращении Октавиана в Рим после завоевания Египта.

На сайте используется греческий шрифт.


МАТЕРИАЛЫ • АВТОРЫ • HORATIUS.RU
© Север Г. М., 2008—2016