КВИНТ ГОРАЦИЙ ФЛАКК • ПЕРЕВОДЫ И МАТЕРИАЛЫ
CARM. ICARM. IICARM. IIICARM. IVCARM. SAEC.EP.SERM. ISERM. IIEPIST. IEPIST. IIA. P.

carmina i xxxv


текст • переводы • гринфельдcommentariivarialectioprosodia

[перев. не установлен] Гинцбург Н. С. Глусский В. В. Кокотов А. Ю. Котельницкий А. М. Мерзляков А. Ф. Орлов В. И. Порфиров П. Ф. Тучков С. А. Фет А. А. Чеславский И. Б. Шатерников Н. И.

[1/15[перев. не установлен]


Богиня, в Антии почтенна!
Из праха возвести на трон
Ты мощна, но и дерзновенна
Триумфы пременить на стон.
5 Тебя усердно призывает
Несчастный делатель полей;
Тебя чтит божеством морей
Кто бурны волны преплывает.

Тебя кровавых даков роды,
10 Тебя бродящий скиф в степях,
Тебя и грады и народы,
Тебя латин, герой в бронях, —
Все чтут, страшатся, умоляют;
Ты вечно в матерних сердцах;
15 В порфирах, с скиптрами, в венцах —
Тебе колена преклоняют.

Колосса ставша неподвижно
Не свергни яростной ногой!
И да народ скоропостижно
20 Не рушит сладостный покой!
Оружия да не подъемлет,
И люту смерть неся в руках,
В мятежных, буйственных толпах
Империи да не колеблет!

25 Тебе предходит рок свирепый;
Железною своей рукой
Влечет крюк, гвозди, тяжки цепи,
Грозя злосчастным казнью злой.
Тебя отрада всех, Надежда,
30 Тебя и редка Верность чтит;
Она чертогов не бежит,
Где черна кроет скорбь одежда.

Но подлых род людей неверный,
Наемны мздою красоты,
35 Друг, собеседник лицемерный
Дошедшего до нищеты
С желаньем хладным оставляют;
Драгие вина осушив,
Стяжаний всех его лишив,
40 С ним бремени делить не знают.

Богиня! Слух твой мне да внемлет!
Се Август света на предел
К британцам шествие приемлет —
Блистать геройских славой дел.
45 Храни его ты без навета!
Героев римских сохрани,
Несущих днесь свои брони
Сразить восточны части света.

О Рим! Свои виновны длани
50 Подъемли к гневным небесам;
Еще кровавы граждан брани
Ввергают в горесть нас и срам!
Чего наш злобный век избегнул?
Куда свирепства не простер?
55 К богам кто страха не презрел?
Каких Рим алтарей не свергнул?

Твоя, о Счастье, мощна сила
Все может паки примирить;
Мечи притуплены в горнила
60 Внеси, чтоб вновь их изострить;
Да горделива массагета
И аравлянина пожрут,
Да пощадя сограждан грудь,
Сверкнут в пределах чуждых света.

«Чтение для вкуса, разума и чувствований», М., 1791, ч. 1, с. 324—326.. Присоединено к оде I, 34.

[2/15[перев. не установлен]


О ты, покров страны Антийской,
Богиня! Чтима тварью всей,
Что смертного с степени низкой
Возводит вдруг на верх честей;

5 Что вдруг триумфы горделивы
Преобращаешь в гроб, во прах,
Что внемлешь пахарю от нивы,
Что власть являешь на водах;

Что лютый дак и скиф бродящий,
10 И грады чтут, и смертных род;
Латинец в брани всех разящий —
Латинец ждет твоих щедрот!

И матери царей строптивых,
И златом блещущий тиран,
15 В чертогах пышных, горделивых,
Тебе приносят фимиам —

Да их держава утвердится,
Как столп незыблемый стоит;
Народ к оружью не стремится,
20 И кроткий мир всегда хранит.

Рок сильный медною рукою
Заклепы пред тобой несет,
Клокочущий свинец другою,
И цепь гремящую влечет.

25 Надежда, верность непременна
Тебе сопутствуют всегда,
И там, где будешь раздраженна,
Не оставляют никогда.

(Но льстец — но хитрая подруга,
30 Твой пасмурный увидя взор,
Бегут они — бегут от друга —
Увы! Не злато с ним — позор!)

Се идет Кесарь в край британский,
Прими его под твой покров;
35 Се юный строй — се страх парфянский
И чермно-морских берегов.

Увы! Нас злобный стыд терзает,
Что пролили мы братий кровь!
Какую славу оставляет
40 Наш век для будущих веков!

Какого зла мы не свершили!
К богам имел ли ратник страх?
Священных храмов не щадили —
И кровь лилась при алтарях.

45 Богиня! Меч наш притупленный
Ты изощри против врагов;
Арап и массагет пронзенны
С него да смоют нашу кровь!

Впервые: «Приятное и полезное препровождение времени», М., 1796, ч. 11, с. 89—91; подпись: «Я.»

Перевод Горациевой оды XXXV из I книги. К счастию.

[3/15Гинцбург Н. С.


Богиня! Ты, что царствуешь в Антии!
Ты властна смертных с низшей ступени ввысь
Вознесть, и гордые триумфы
В плач обратить похоронный можешь.

5 К тебе взывает, слезной мольбой томя,
Крестьянин бедный; вод госпожу, тебя
Зовет и тот, кто кораблями
Критское море дразнить дерзает.

Тебя страшится дак и бродячий скиф,
10 Народы, грады, страны, надменный Рим,
И мать восточного владыки,
И беспощадный тиран в порфире

Трепещут, как бы дерзкой стопою ты
В дворцы не вторглась; как бы толпа, сойдясь,
15 «К оружью!» — не звала, «к оружью!»
Медлящих граждан, чтоб власть низвергнуть

И Неизбежность, верная спутница,
Перед тобой в железной руке несет
Стальные гвозди, крючья, клинья,
20 Скобы кривые — для глыб скрепленья.

А за тобою — Верность с Надеждою
В одежде белой, душ утешители,
В тот час, как в гневе ты оставишь
Взысканных домы, облекшись в траур,

25 И разбежится челядь их низкая.
Уйдет подруга, хитрый покинет друг.
Допив вино, сцедив осадок.
Друга ярмо разделять не склонный.

Храни ж, богиня, Цезаря за морем
30 В войне британской! Юношей свежий рой
Храни, чтоб рос он, страх внушая
Красному морю, всему Востоку!

Увы! Нам стыдно братоубийственных
Усобиц наших. Чем не преступны мы?
35 Чего еще не запятнали
Мы, нечестивцы? Чего из страха

Пред высшей силой юность не тронула.
Дала пощаду чьим алтарям?.. О, пусть
Ты вновь мечи перековала б
40 Против арабов и массагетов!

Впервые: «Гораций: Полное собрание сочинений», М.—Л., 1936, с. 48—49.

Ода 35. К Фортуне. Размер: Алкеева строфа.


Ст. 1. Антий — город в Лации с известным храмом Фортуны.

Ст. 30. В войне британской! — Британский поход Цезаря (т. е. Октавиана) замышлялся в 26 г. до н.э.

Ст. 40. Массагеты — скифское племя.

[4/15Гинцбург Н. С.


Богиня! Ты, что царствуешь в Антии!
Ты властна смертных с низшей ступени ввысь
Вознесть, и гордые триумфы
В плач обратить похоронный можешь.

5 К тебе взывает, слезной мольбой томя,
Крестьянин бедный; вод госпожу, тебя
Зовет и тот, кто кораблями
Бурное море дразнить дерзает.

И дак свирепый, скифы, бродя в степях,
10 Тебя страшатся. Грады, народы все,
Суровый Лаций, властелинов
Матери, грозный тиран в порфире —

Трепещут, как бы дерзкой стопою ты
Их власть не свергла; как бы толпа, сойдясь,
15 «К оружью!» не звала, «к оружью!»
Медлящих граждан, чтоб власть низвергнуть.

И Неизбежность ходит с тобой везде,
В руке железной гвозди всегда неся,
Свинец расплавленный и клинья,
20 Скобы кривые — для глыб скрепленья.

Тебя Надежда, редкая Верность чтит,
Но, в белой ткани, вслед за тобой нейдет
В тот час, как в гневе ты оставишь
Взысканных домы, облекшись в траур.

25 Но, руша верность, с блудной женою чернь
Отходит прочь; и все разбегутся врозь
Друзья, допив вино с осадком:
Друга ярмо разделять не склонны.

Храни ж, богиня, Цезаря! — В бриттов край
30 Пойдет он дальний; юношей свежий рой
Храни, чтоб рос он, страх внушая
Красному морю, всему Востоку.

Увы! Нам стыдно ран и убийств своих
Граждан! Жестокий род, от каких мы дел
35 Ушли? Чего не запятнали
Мы, нечестивцы? Чего руками,

Богов страшася, юность не тронула?
Дала пощаду чьим алтарям?.. О пусть
Ты вновь мечи перековала б
40 Против арабов и скифов диких!

«Гораций: Собрание сочинений», СПб., 1993, с. 66—67.

Ода 35. К богине Фортуне, храм которой находился в городе Антии. Написана в 26 году, когда наместник Египта Элий Галл должен был отправиться в неудачно закончившийся поход в Аравию. Размер: Алкеева строфа.


Ст. 29. Цезарь — Август.

Ст. 29. Бритов край. Поход Августа в Британию не состоялся.

[5/15Глусский В. В.


Богиня, правишь Анцием сча́стливым;
ты здесь есть сразу иль вознести со дна
истленье тел, перевернуть ли
похоронами триумфов гордость;

5 к тебе подходит просьбой обычною
мужик в деревне, как к госпоже волны —
любой, который только дразнит
Критское море кормой Вифинской;

и Дак жестокий или грядущий Скиф,
10 народы, страны, Лаций бесстрашный и
цари в пурпурных одеяньях,
матери диких владык трепещут:

несправедливой ты не обрушь ногой
колонны стойкость, толпы частящие
15 к оружью медлящих, к оружью
да не сзывают, ломая власти.

Необходимость злая перед тобой,
и гвозди бревен медной несешь рукой,
и клипы, не забыв жестокий
20 крюк большой и свинец текучий;

тебе услужит Верность с Надеждою
сукном покрыта редкая белым не
врагиня как домам владычним
друга отвергнет одеждой смены;

25 толпа неверной девкой назад идет
закон поправши правый, бегут друзья
врозь, осушив кувшин с остатком
равной ярмо повести уловкой.

Походу служишь Цезаря в крайние
30 Британцев земли, юных толпе тотчас
кого Восток весь убоится
крови переплесками Океана.

Увы, постыдно шрамы с коварствами
в союзе? чем нам жесткий убежищем
35 наш век? нетронутым оставим
что? и откуда в пожатьи руку

протянет юность страху богов? каким
пощада храмам? о, наконец, когда
на Массагетах и Арабах
40 новый металл притупится острый?

[6/15Кокотов А. Ю.


Богиня Антия! Ты только повели —
Тот станет царь кто был простерт в пыли,
И в похороны мрачные его
Ты обратишь триумфа торжество.

5 Тебе молитвы беспокойно шлет
Бедняк бессонный ночи напролет.
У Родоса, среди опасных вод,
Тебя зовет с надеждой мореход.

Тебя, с божбою грубой, молит дак,
10 И чтит тебя орда лихих рубак,
И Лаций, и народ соседних стран.
Трепещет, в пурпур выряжен, тиран

Чтоб трон его не пнула ты ногой,
Не кликнула бы грозно пред толпой:
15 «К оружью!» — и в минуту может пасть
Дотоле не колеблемая власть.

Необходимость верною рабой
Идет с гвоздем и млатом за тобой.
Нельзя перечить ей и отвечать —
20 Тяжка ее свинцовая печать.

Тебя надежда с верностью почтят.
Вокруг тебя подчас они парят,
Когда ты отвернешь внезапно лик
Свой от того кто прежде был велик.

25 Ему друзей просить — напрасный труд
Он — до подонков выпитый сосуд;
Любовница покинет, чернь предаст,
И помощи никто уж не подаст.

Идет наш Кесарь бриттов воевать,
30 И прочь Парфян он хочет отогнать —
Подай ему, Фортуна, долги дни,
Средь битв его спаси и сохрани.

Увы! Увы! Преступны сами мы.
Изменою исполнены умы!
35 Каких мы не свершили святотатств!
Каких святых не предали мы братств!

Мы столько пережили черных дней,
Мы столько разорили алтарей —
Что лишь Фортуну остается звать
40 Железо сгнившее перековать!

2017 г.

[7/15Котельницкий А. М.


В Антийском граде предпочтенна,
Не отвергаема нигде,
Фортуна! Коей власть священна,
В Вселенной царствует везде;
5 Там смертный в бедности несносной —
Лишь кинула ты взор твой грозный,
И вдруг превыше всех он стал;
Триумфы горды, вознесенны,
Преобращаешь в гроб стесненный;
10 Там смерть, где радость всяк вкушал.

К тебе с умильною мольбою
Вздыхают жители полей;
Чтоб щедрою твоей рукою
Венчанный зреть остаток дней;
15 Кто вдаль корабль свой направляет,
Карпатски воды рассекает,
Тебя богиней моря чтит.
В вселенной всем ты вдруг ужасна
И вдруг возвысить их ты властна,
20 В тебе всяк горесть, радость зрит.

Тебя страшится дак ужасный
И скиф, ведущий дни в лесах,
Страшится град — народ подвластный
И страшна Лация в войнах.
25 Тобой богатые попраны
Сыны и матери — тираны,
И всякий пол, и всякий чин;
С тобою всяк блажен бывает,
Веселье, счастие вкушает —
30 Но без фортуны — ни один.

Тебя страшится вся вселенна,
Страшишь тиранов гордый дух;
Ты ступишь в гневе как Гиена,
И твердый столп низвергнешь вдруг.
35 К войне народы возбуждаешь,
Безвинных в оной убиваешь;
И, что ужасней для царя,
Сильна ты потрясти владенья,
В ничто преобратить селенья,
40 Отмстить, желанием горя.

Необходимость пред тобою,
Богиня! Шествует всяк час;
И медною несет рукою
Оковы тяжкие для нас;
45 Влечет и крюк она согбенный,
Готов свинец с ней растопленный;
И с сим предшествует тебе,
Тебя повсюду провождает,
Она ужасный взор являет
50 Тобой оставленной толпе.

Тебе сопутствует надежда
И верность, редкая в людях,
Которой белая одежда
Видна у ней на раменах.
55 Когда презренье ты являешь,
В презренье сильных забываешь,
Приятный вид свой пременишь;
Тогда они с тобой бывают,
Нигде тебя не оставляют,
60 Пока приязнь кому явишь.

Тогда народ — народ неверный,
Клятвопреступная жена,
Оставит, наконец, дом слезный,
За час где роскошь попрана.
65 Друзья неверны разбегутся,
За тем, что вины там не льются,
Где прежде много было их,
К друзьям несчастным прибегает;
Но всяк его тут оставляет,
70 Не делят с ним несчастий сих.

Богиня сильна, всемогуща,
Под покровительством твоим
Храни ты Кесаря, идуща
Со всеоружием своим
75 Проти́в британцев разъяренных,
На край вселенной отдаленных;
Да будет враг его попран,
Да войско счастливо сразится,
Восток которого страшится
80 И черный купно Океан.

Увы! Мы вспомним — устыдимся
И содрогнем от тех злодейств,
И крови той мы устрашимся,
Что пролили средь многих бедств.
85 На что тогда не устремлялись,
Чему тогда мы не касались,
И что спаслось от наглых сил?
Все — все в бесстыдстве забывали,
И боги нас не устрашали,
90 И жертвенник разграблен был.

О! Если б меч свой притупленный
Ты изощряла на врагов,
И меч свой, кровью обагренный,
Под защищением богов
95 Сразил бы все, чему коснется!
Да неприятель ужаснется
И знает храбрость нашу свет;
Мы ступим быстрыми шагами,
Получим лавр перед врагами;
100 Араб падет и массагет.

Впервые: «Приятное и полезное препровождение времени», М., 1796, ч. 11, с. 91—95; подпись: «Алксндр. Ктлнцк.»

<Той же оды вольный перевод.>

[8/15Мерзляков А. Ф.


Царица Анта скал высоких,
Одним воззрением могущая поднять
Ничтожность из долин глубоких,
И гордые во гроб триумфы низвергать!

5 Тебя мольбой обременяет
Безвестный селянин! Владычица морей,
Тебе богач себя вверяет,
И стонут сонмы вод под грузом кораблей;

Тебя среди полей пременных
10 Блажит дакиец, скиф! Тебя страшится Рим!
И матери царей иноплеменных
И напыщенные величеством пустынь!

Порфироносные, в смущенье
Дрожат, да не попрешь тяжелою стопой
15 Терпенья, опыта творенье,
Гражданственный колосс; да бурною волной

Народ, сей жалкий раб раздора,
Не хлынет к мятежам — уснувшим мятежам;
За ними вслед погибель скора
20 Оплотам сильных царств, престолам и градам.

Тебе предходит рок свирепый;
В деснице медяной ужасного блестят
Кинжалы, цепи и заклепы;
С ним язва темная, с ним трус, потоп и глад.

25 С тобой Надежда умиленна
И Верность — редкий гость в юдоли слезной бед;
Убрусом белым покровенна,
Она не следует за призраком сует;

Она одна не оставляет
30 Чертоги пышного, от коего твой взор
Внезапно, быстро отлетает,
Над коим наречен твой страшный приговор.

Свершилось!.. Где предмет хваленья?
Где ложная любовь? Где дружба поздних лет?
35 Мы делим чашу наслажденья,
А к чаше горести никто не подойдет!

Покрой, Богиня, силой многой
Вождя, несущего в края британски брань,
Младых героев опыт строгий,
40 Охотную любви отечественной дань!

Ах! Стыдно, стыдно видеть раны,
Постыдные следы раздоров, мятежей!
Куда не вторглися тираны?
И что укрылося от лютости мечей?

45 Кто, дерзкий, Неба убоялся,
И руку грозную над жертвой удержал?
Кто пред святыней преклонялся,
И храмов божеских собой не осквернял?

Очистим сердце наше, длани!
50 Там мавр, там массагет — герои, полетим!
В кровавом вихре правой брани
Враждой притупленны булаты изострим!

«Вестник Европы», М., 1808, ч. 42, № 24, с. 254—256.

К Фортуне. (Ода из Горация. Книга I — XXXV.)


Ст. 18. Сия ода сочинена была вскоре после внутренних мятежей в Риме.

Ст. 38. Августа, идущего с войной на Великобританию.

[9/15Мерзляков А. Ф.


Богиня Анции прелестной,
Готовая равно из праха возвышать
Ничтожность жизни безызвестной,
И гордые во гроб триумфы низвергать!

5 Тебя мольбой обременяет
Смиренный селянин! Тебя, в морях вождя,
Богач вифийский призывает,
Среди карпатских волн корабль свой проводя;

Бродящий скиф, дакиец ярый,
10 Народы, грады ждут все помощи твоей;
Рим в бранные одет пожары,
Скорбящи матери враждующих князей,

И облеченные в порфиру
Дрожат, да не попрешь обидною стопой
15 Оплот суду, богатству, миру
Гражданственный колосс! Да бурною волной

Народ, сей жалкий раб раздора,
Не хлынет к мятежам, к уснувшим мятежам;
Расстройство, ужасы позора
20 И безначалие текут по их следам.

Тебе предходит рок свирепый;
Связь брусьев, крепкий гвоздь, делящий толщи клин,
Свинец кипящий, цепи, склепы
Булатною рукой несет сей исполин.

25 Тебя надежда провожает
И Верность — белый свой спустившая покров;
Гость редкий в мире, не кидает
Она одна вельмож блистательных домов;

Отколь, <в> одежде измененной,
30 Отходишь злобно ты! И вслед народ слепой,
Как вал, скалою отраженный!
Бежит коварная любимица с толпой!

И, погреб истощив пещерный,
Друзья все крадутся от ига черных бед!
35 Мы чаше наслаждений верны,
Для чаши горести родных и ближних нет!..

О! Будь ты Цезарю опорой,
Вселенной на краю, среди британских стран!
Храни избранну рать, которой
40 Склонил главу восток — даль дани Океан!

Ах! Стыдно ран, страданий слезных!..
Ах, стыдно нам убийств... Чьих? Братий и друзей!
Позорны чада дней железных,
Что пощадили мы от ярости мечей?

45 Кто, дерзкий, Неба убоялся,
И руку грозную над жертвой удержал?
Кто пред святыней преклонялся,
И храмов божеских, злодей, не осквернял?

Очистим сердце наше, длани!
50 Там массагет, араб — герои, полетим!
В кровавом вихре правой брани
Враждой притупленны булаты изострим!

Мерзляков А. Ф., «Подражания и переводы», М., 1826, ч. 2, с. 98—99.

К Фортуне. (К. I, О. 35.)


Ст. 1. Анции. Анция, Antium, приморский город в Лации, где находился знаменитый храм Фортуны.

Ст. 18. К уснувшим мятежам. Эту оду писал Гораций вскоре после внутренних беспокойств Рима.

Ст. 29. Одежде измененной. Фортуна изменяет одежду, то есть из счастливой становится несчастною.

[10/15Орлов В. И.


Прелестной Анции царица!
Небесная! Твоя десница
Ведет раба сквозь тьму препон
На верх могущества и славы,
5 И шум триумфа величавый
В надгробный превращает стон.

К тебе усердные моленья
Шлет житель бедного селенья;
Тебя владычицей пучин
10 Зовет пловец, моря браздящий;
Тебя трепещут скиф бродящий,
Свирепый дай и Рима сын.

Народы, грады царств далеких,
И матери владык жестоких
15 Тебя боятся; сам тиран
К тебе склоняется с мольбою,
Чтоб тяжкою твоей стоною
Он не был свергнут и попран;

Чтоб жаждущий безумной воли
20 Народ, блаженства мирной доли
Не пременил в мятежный гром.
Необходимость пред тобою
Несет и гвоздь, и клин десною,
И крюк с растопленным свинцом.

25 Тебе сопутствует надежда;
И редкой верности одежда,
Как снег, светлеет за тобой;
Чета сопутниц неизменных,
Твоею прихотью сраженных
30 Готова примирить с судьбой.

А чернь бежит неблагодарна;
Бежит прелестница коварна;
Друзей не стало и следа,
Как дым исчезнувших в несчастьи:
35 Неверные! Тоски напасти
Не разделяют никогда.

Сопутствуй кесарю, царица!
Да поведет его десница
Ко славе воев и вождей!
40 Увы, еще сии ланиты
Стыдом братоубийств покрыты
И раны свежи мятежей!

О век, стократ плодящий злое!
Что мы оставили в покое?
45 Пощажен ли алтарь один?
Богиня! Преврати стремленье:
Пусть грозное мечей паденье
Познает стран враждебных сын?

Орлов В. В., «Опыт перевода Горациевых од», СПб., 1830, с. 45—47.

Ода XXXV. К Фортуне.

[11/15Порфиров П. Ф.


О, богиня, владычица милаго Анция!
Ты захочешь — и смертный тобой вознесен
Из ничтожества, хочешь — триумфы надменные
Обращаются в плач похорон.

5 Горячо тебя молит дрожащей молитвою
Бедный пахарь, тебя, госпожу на водах,
Молит каждый, дерзающий море Карпатское
Бороздить на вифинских судах.

Пред тобой дак трепещет и скифы-кочевники,
10 Храбрый Лаций, столицы, народы всех стран,
И владык иноземных несчастныя матери,
И в смятенье пурпурный тиран,

Чтоб стопой дерзновенной ты вдруг не низринула
Гордой власти его, чтоб, собравшись, толпа
15 Не подвигла к оружью — к оружию медлящих,
Не сломила тиранства столпа.

Как рабыня твоя, тебе вечно предшествует
Неизбежность, в железных руках пред тобой
Гвозди, крепкие клинья неся и расплавленный
20 Для заливки свинец со скобой.

Чтят тебя и Надежда, и — ныне столь редкая —
Верность в белой одежде, тебя ни на миг
Не оставят, хоть даже, облекшися трауром,
В гневе бросишь ты домы владык.

25 Но изменчива чернь, вероломна любовница —
Покидают оне разбегаются прочь
И друзья при нужде все вино выпив до-суха,
Не желая в несчастье помочь.

О, храни ты нам Цезаря, в страны далекия
30 На британцев идущаго с юной толпой,
Да пребудет она для Востока, отважная,
И для Чернаго моря грозой.

О, как стыдно за раны нам междоусобныя!
От чего поколение смутных годов
35 Воздержалось? Оставило что незапятнанным?
О, на что, забывая богов,

Молодежь не дерзнула? Алтарь пощадила-ли?
О, теперь бы нам заново перековать
Нож преступный на меч — массагетов с арабами
40 Тем мечом поражать.

Впервые: Порфиров П. Ф., «Гораций: Оды в 4-х книгах», СПб., 1902.

К Фортуне.


Ст. 1. Анций — город в Лации. Он мил богине Фортуне потому, что в нем находился ея знаменитый храм и оракул.

Ст. 7. Карпатским морем считалась та часть Эгейскаго моря, где находился остров Carpathos (теперь Scarpanto, между Критом и Родосом).

Ст. 8. Вифиния (область в Малой Азии, у Чернаго моря) вела оживленную торговлю с Италией.

Ст. 9. Воинственное племя, обитавшее по левому берегу нижняго Дуная.

Ст. 12. Purpurei tyranni — тираны, облеченные в красную одежду (в знак высшей, власти).

Ст. 16. Фортуна пли созидает земное счастье человека, подобно зодчему возводящему прочное здание, или же, как видно далее, в гневе покидает дворцы вознесенных прежде надменных людей.

Ст. 22. Фортуне, предшествуемой Неизбежностью (Necessitas), сопутствуют Надежда и Верность. При жертвоприношениях в честь последней, жрец обвивал правую руку белою тканью, отсюда и сама богиня изображается albo velata panno.

Ст. 39. Скифское племя на берегу Каспийскаго моря.

[12/15Тучков С. А.


О ты, что в Антиме хвалами
И жертвой чтима каждый час!
Богиня счастья! Ты игра́ми
Своими удивляешь нас.

5 Обряд плачевный погребенья
Ты можешь в радость претворить,
И смертного во тьме презренья
Возможешь славой озарить.

Тебя, владеющу морями,
10 Пловцы с усердием зовут;
Сел тихих жители мольбами
Среди лесов и хижин чтут.

Бродящий скиф и дак убогий,
Латинов храбрых гордый род,
15 Твоей трепещут власти строгой
Вельможи, грады и народ.

Тебя властители Вселенной
Страшатся средь богатств своих;
Каменья, пурпур златошвенный
20 Не могут успокоить их.

Боятся, чтоб рукой незримой
Ты их не опровергла власть,
И чтоб народ неукротимый
Не и́збрал бы другую часть,

25 Чтоб граждан мирных не восставил
Он противу самих царей,
Чтоб иго рабства не оставил
И тьмой не возгремел мечей.

Предходит бедность пред тобою,
30 И все призна́ки тяжких бед
Своей железною рукою
Необходимость с ней несет.

Тебе последует надежда
И вера по твоим стопам;
35 Богинь сих белая одежда
Мечтается нередко нам.

Сама нередко добродетель
Соединяется с тобой;
Убогий, воин, царь, владетель —
40 Все чтут закон, богиня, твой.

Когда ж ты черные одежды
Возложишь в гневе на себя —
Тех оросишь слезами вежды,
Что уповают на тебя.

45 Могучею своей рукою
Затмишь сияющи венцы;
Тогда, плененные тобою,
От них сокроются льстецы.

Сокроются друзья неверны,
50 Когда возьмешь ты оборот,
И в страхе лютом легковерный
Оставит их тогда народ.

О счастье, я к тебе взываю!
Блюди дни Августа и трон.
55 Тебе монарха поручаю;
Далекий путь предпринял он —

Проти́в британцев страшных ныне
На край Вселенной он идет;
Храни ты в сча́стливой судьбине
60 Всех, кто оружье с ним несет.

На брег идущих Черна моря,
Во шлемах блещущих своих,
Храни от бед и люта горя
Преславных воинов младых.

65 Увы, сколь мы должны стыдиться
Грехов, раздоров, наших ран!
Еще везде по стогнам зрится
Кровь наших братий, согражда́н.

На все преступники дерзали
70 Среди ужасных оных дней;
К богам почтенье отвергали,
Забвен был стыд и страх властей.

Который жертвенник остался
Рукою нашей пощажен?
75 Где дом, который бы считался
В раздор вражды не погружен?

Богиня, днесь внемли моленье,
Свой кроткий взор на нас простри;
Мечи арабов на пронзенье
80 И массагетов изостри.

Тучков С. А., «Сочинения и переводы», М., 1816, ч. 1, с. 101—104.

Ода XXIX. К богине счастия.


Ст. 1. Антим, или Антиум. Город в Кампании, в котором богиня счастия, или Фортуна, имела знаменитый храм.

Ст. 13. Скифами назывались древние народы, жившие в северной части Европы и Азии; так же рек Волги, Дона, Дуная и Днепра.

Ст. 13. Дак. Дация, нынешняя Трансильвания с соседственными землями.

Ст. 14. Латинов храбрый род. Разумеет о римлянах потому, что они по выходе своем из Трои соединились с латинским народом.

Ст. 58. Британию почитали древние северным пределом света.

Ст. 68. Упоминает о междоусобных бранях, бывших в Риме доколе Юлий Кесарь, а потом Август не утвердили себе вышнюю власть.

[13/15Фет А. А.


Богиня, Анциум свой правящая милый,
Могущая вознесть с нижайших степеней
Простого смертного иль заменить могилой
Триумфы гордые вождей,

5 Тебя идет смягчать заботливой мольбою
Убогий селянин. Тебя, царица вод,
Всяк умоляет, кто вифинскою кормою
Волну карпатскую сечет.

Тебя боится дак, боится скиф проворный,
10 И грозный Лациум, и грады дальних стран;
Царицы варваров перед тобой покорны,
Трепещет пред тобой тиран:

Чтоб ты не ринула карающей ногою
Столпа стоящего, народ чтоб не увлек
15 К оружью медлящих, к оружью за собою
И власть на гибель не обрек.

Нужда суровая предвестницей твоею
Железных никогда не разжимает рук,
И гвозди тяжкие да клинья всюду с нею,
20 Свинец расплавленный да крюк.

Надежда при тебе и Верность в ризе белой:
Они, как спутницы, тебе не изменят,
Хотя б, оставивши чертог осиротелый,
Ты пышный скинула наряд.

25 Но чернь неверная с любовницей коварной
Бежит подонки все вычерпывать с вином,
Друзья рассеются толпой неблагодарной,
Двойным испуганы ярмом.

Храни нам Цезаря, идущего далеко
30 К британским берегам, храни среди врагов
Отборных юношей, грозу всего Востока
И моря Красного сынов.

Увы! Нам стыдно ран, нам стыдно преступленья
Братоубийств. Каких мы не свершали зол
35 В железный век? На что печати оскверненья
Не клали? От чего страх божеский отвел

Десницу юности безбожной и суровой?
О, порази, от нас отведши тучу бед
И меч перековав на наковальне новой,
40 Арабов ты и Массагет.

Впервые: Фет А. А., «Гораций: Оды в 4-х книгах», СПб., 1856.

Од. XXXV. В 727 году Август задумал два военные предприятия: он сам отправился против Британцев и уже в Галлии встречен был британским посольством, просящим о мире, а Элия Галла отправил в Египет и Аравию. По этому случаю Гораций испрашивает у Фортуны покровительства римскому мечу, притупленному в междоусобицах.


Ст. 1. В Анциуме находился славный храм Фортуны с двойной статуей богини и прорицалищем.

Ст. 6. В Пренесте была статуя Фортуны, богини моря, и кроме того, она часто изображалась с рулем в одной и с рогом изобилия в другой руке.

Ст. 1. Вифиния в Малой Азии, у Черного моря, между Мизией и Пафлагонией, славилась кораблестроением и торговлей.

Ст. 8. Остров Карпат, ныне Scarpanto, между Критом (Кандией) и Родосом, окружен бурным морем.

Ст. 9. Даки жили в нынешней Венгрии.

Ст. 12. Фраат, которого Скифы возвели на парфянский престол.

Ст. 17. Это место, к сожалению, представляет слишком пеструю и тяжелую символическую картину. Фортуне предшествует непреклонная нужда (Ananke), которая в железных руках держит, как символ прочности и незыблемости своих действий, принадлежности зодчества: гвозди для укрепления потолков, клинья для раскалывания строевого леса, свинец и крюк для сплачивания камней. Многие критики в этих принадлежностях видят орудия пытки; в таком случае, картина делает еще тягостнейшее впечатление.

Ст. 21. Надежда и Верность, спутники Фортуны, не покидают ее и тогда, когда она из милосердой покровительницы превращается в карающее божество. Надежда и истинные друзья не покидают человека ни в счастье, ни в беде.

Ст. 31. Элий Галл отправился на Восток с новобранцами.

Ст. 35. Гораций с ужасом говорит о междоусобных войнах, предшествовавших единодержавию, во время которых самые храмы не были пощажены.

Ст. 39. Римский меч до того притупился во время междоусобиц, что его нельзя наточить, и Гораций просит Фортуну перековать его заново и сделать годным для поражения врагов.

Ст. 40. Массагеты — скифское племя, жившее на восточном берегу Каспийского моря, соседи и союзники парфян, всегдашних врагов Рима.

[14/15Чеславский И. Б.


Фортуна, чтимая в стенах Антийских, древних!
Ты можешь бедняка вознесть на высоту,
Ты можешь торжество владык земных, надменных
Все их величие в перст обратить, в мечту.

5 И бедный селянин с усердною мольбою
Ждет вожделенных благ лишь от руки твоей,
И дерзкий плаватель вифинскою кормою
секущий ярую родосских хлябь морей.

Тебя дак лютый, скиф, в степях бродя великих,
10 Народы Латия трепещут, города,
И матери царей, народов полудиких,
Трепещут твоего тираны все суда.

Трепещут, чтобы ты величия их власти
Не опрокинула враждебною ногой;
15 Чтоб стонущий народ под игом бедств, напасти
С престола не низверг их бранною рукой.

Богиня мощная! Течет неумолимый
Неумолимый рок перед тобой всегда.
Крюк в медяной руке и гвозди некрушимы
20 И клинья, и свинец, зыбучий как вода.

Бежит ли из дворцов, низринув их ударом,
Течет с поспешностью надежда за тобой;
Вслед верность шествует под белым покрывалом,
Хотя приемлешь ты вид бедности прямой.

25 Не благосклонна ты — любовница без страсти,
Друзья коварные все разбегутся вмиг;
Коль погреб пуст, коль нет в пирах им пышных части,
Их гаснет дружбы жар, нет состраданья в них.

Фортуна! Цезаря храни в путях опасных!
30 Да бриттов он смирит, владык дальнейших стран;
Востоку ратников сопровождай ужасных,
Перед которыми трепещет океан!

Ах! Сколько должно нам стыдиться преступлений;
Каких наш не был век свидетелем неправд?
35 Каких не сделано злодейств, убийств, хищений,
И алтарей каких не испроверг разврат?

Фортуна! Изострижь копья, мечи и стрелы,
Не Рима к пагубе и не во вред римлян;
Нет, гибель пренеси ты в чуждые пределы
40 В страны враждебные и скифов и парфян!

«Вестник Европы», М., 1815, ч. 83, № 20, с. 251—253; подпись: «И. Ч...ий».

[15/15Шатерников Н. И.


О, ты, что в милом царствуешь Антии!
Ты можешь смертных вдруг из ничтожества
Поднять высоко — и роскошный
Сделать триумф похоронным плачем,

5 Тебя с тревожной молит молитвою
Бедняк-крестьянин. Моря владычицу,
Тебя зовет, кого уносит
В море карпатском корабль вифинский...

Дакиец грозный, скифы-кочевники,
10 По весям люди, гордый наш Лациум.
Жестоких матери тиранов,
В мантиях сами цари трепещут, —

Стопою дерзкой как бы не сбросила
Ты столп величья. Тут нерешительным
15 Народ толпой: «К оружью!» — крикнет,
Громко: «К оружью!» — и власть низвергнут

Неотвратимость рабски предшествует
Тебе с гвоздями длинными, с клиньями
В деснице медной; тут же скобы
20 Крепкие с нею и сплав свинцовый...

Тебя Надежда с редкою Верностью,
Что в белой ткани, чтут. Не уйдут они,
Когда, сменив покров свой светлый,
Домы счастливцев враждебно кинешь, —

25 А сброд неверных вместе с блудницею
Уйдет, коварный, — и, осушив до дна
Твои кувшины, друг лукавый
Горькую участь делить не станет.

Храни ж в походе будущем Цезаря
30 На бриттов дальних и поколение
Младое нам — на страх Востоку
И Океану, что солнцем залит.

Увы, нам стыдно ран, что получены
В борьбе преступной с братьями. Грубые,
35 На что не шли мы? В грех какой мы
Не погрузились? И руки юных,

Богов уважив, удерж имели ли?
Алтарь щадили ль? Меч затупившийся
На наковальне перекуй нам
40 Против арабов и массагетов.

Шатерников Н. И., «Гораций: Оды», М., 1935.

На сайте используется греческий шрифт.


МАТЕРИАЛЫ • АВТОРЫ • HORATIUS.RU
© Север Г. М., 2008—2016