КВИНТ ГОРАЦИЙ ФЛАКК • ПЕРЕВОДЫ И МАТЕРИАЛЫ
CARM. ICARM. IICARM. IIICARM. IVCARM. SAEC.EP.SERM. ISERM. IIEPIST. IEPIST. IIA. P.

carmina iii ii


текст • переводы • гринфельдcommentariivarialectioprosodia

[перев. не установлен] Арго Головнин О. Ленкевич Ф. И. Мерзляков А. Ф. Муравьев М. Н. Орлов В. И. Порфиров П. Ф. Семенов-Тян-Шанский А. П. Тучков С. А. Фет А. А. Шатерников Н. И.

[1/13[перев. не установлен]


Пусть юноша, в смертных боях закаленный,
Научится бедность спокойно сносить;
Пусть будет, как всадник, копьем воруженный,
Угрозою дерзким парфянам служить;

5 Пусть жизнь его иногда протекает
В тревогах, сомненьях. Со вражеских стен
За ним наблюдая, пусть горько вздыхает
Супруга царя, что не знает измен,

И взрослая дочь: «Неужели решится
10 Неопытный в битве жених молодой
Свирепого льва раздражать, что стремится
И в сечу убийство несет за собой!»

За родину гибнуть нам славно, приятно —
Ведь смерти беглец не избегнул вполне,
15 Пощады не знает и к юности ратной,
К голеням, трепещущей в страхе спине.

Та доблесть, что горьких отказов не знала,
Блистала почетом святой чистоты,
Достоинства знаков она не искала
20 И их не теряла по воле толпы;

Та доблесть, что небо бессмертным открыла
Дорогой, безвестною людям иным,
Народных собраний, земли не взлюбила,
Стремясь на крылах к небесам голубым.

25 Награда тому, кто смирению верен;
С безумцем, что тайны Цереры открыть
Дерзнул пред народом — о, с ним не намерен
Под кровлей одною я жизнь проводить,

И утлый отвязывать челн. Оскорбленный
30 Юпитер с виновным невинному шлет
Немилость свою — но в грехе уличенный
От медлящей казни совсем не уйдет.

«Гимназия», Ревель, 1894, № 1, с. 196—197; подпись: «С. Л.»

К римским юношам.

[2/13Арго


Пусть воин юный, к битвам приученный,
В походной жизни терпит лишения,
Но пусть копьем неутомимым
Гонит упорно летучих парфов.

5 В ночах бессонных пусть закаляется,
Чтобы царица вражьего племени,
Взойдя на стены перед битвой,
Юной царевне, вздыхая тяжко,

Могла промолвить: «О, если б юноша
10 Твой нареченный в битве не встретился
Лицом к лицу с тем львом свирепым,
В гневе своем ненасытно-жадным!»

Пасть за отчизну — славно и сладостно.
Ведь смерть и труса равно преследует,
15 Не пощадит колен дрожащих
И поражает бегущих в спину!

Есть в мире доблесть несокрушимая,
Она нетленной славою светится,
Опустят иль взнесут секиру
20 Ликторы по мановенью черни.

Есть в мире доблесть, что открывает нам
К бессмертной славе путь заповеданный,
И этот путь открыт героям,
Что им наветы и грязь земная!

25 Но так же свята тайна молчания:
Под общей кровлей я не желаю спать
И не войду в тот челн, где рядом
Дерзко усядется осквернитель

Священных Таинств. В гневе отец громов
30 С виновным вместе губит невинного.
Хотя и хромонога кара,
Но от нее не уйти злодею.

Ода 2. К Мужеству.

[3/13Головнин О.


Сносить с любовью скудость гнетущую
пускай в походах доблестный юноша
привыкнет, пусть верхом гоняет
с грозною пикою диких па́рфян.

5 Под кровом неба, в вечной тревоге он
пусть жизнь проводит — видя его со стен,
царя враждебного супруга
чтобы вздохнула, и дочь-невеста:

«Увы, увы нам — в бое неопытный
10 жених-царевич если отважится
дразнить жестокость льва, который
яро летит от убийств к убийствам!»

Сладка и славна смерть за отечество!
И за бегущим следует тот же рок,
15 и не щадит у юных трусов
робкой спины и дрожащих икор.

Головнин О., «Переложения», Киев, 1886, с. 52.. Фрагмент; ст. 1—16.

Римским юношам. Горация. (Кн. III, ода 2, строфы 1—4.)

[4/13Ленкевич Ф. И.


Трудами ратными стяжавый отрок крепость
Сурову нищету да учится сносить,
Да, грозным копией кротя парфян свирепость,
На поле, на коне средь бурь обыкнет жить.

5 Воююща царя супруга сановита
И с нею дочь ее блестящей красоты
На витязя сего, чья грудь смертям открыта,
Укажут, воздохнув, стен твердых с высоты:

«Се ярый лев, — рекут, — приблизиться претящий!
10 И горе жениху, кому неведом бой,
Коль раздражит в нем дух, отмщением кипящий,
И изведет его в сражение с собой».

Умреть за родину и славно и приятно.
От смерти и беглец нигде не убежит:
15 Ни робкого хребта уклоньшихся обратно,
Ни трепетных колен она не пощадит.

Но доблесть твердая чужда уничтожений,
На поприще честей она не знает пасть.
И независимо от буйных черни мнений
20 Приемлет на себя или слагает власть.

Для доблести пути к бессмертию возможны:
Она отважно выспрь несется от земли,
Оставя под собой внизу толпы ничтожны,
Что пресмыкаются постыдно век в пыли.

25 И благочестное храненье доброй веры
Вознаграждается равно в свою чреду:
Я разгласителя священных тайн Цереры
Во утлу ладию с собой не посажду.

Не прииму его под кров един с собою:
30 С виновным часто Зевс невинного казнит.
Месть неба шествует медлительной стопою,
Но рано, поздно ли — преступника сразит.

Впервые: «Цветник», СПб., 1810, ч. 6, № 4, с. 60—63.

1810 г. Горациева ода 2, кн. III.


Ст. 27. Разгласителя священных тайн Цереры. Здесь, по мнению некоторых толкователей, Гораций метит на известного в римской истории Клодия, который, имея любовную связь с Помпеею, женою Юлия Кесаря, для свидания с нею воспользовался торжеством Цереры, или так называемой благой Богини. Поелику же к торжеству сему мужчины допускаемы не были, то Клодий, переодевшись в женское платье, нашел удобность присутствовать во время совершения оного. Однако ж сие вскоре (было) открыто, и Цицерон — сей ревностный защитник древних отечественных уставов — возгремел витийством своим против дерзкого нарушителя святыни.

[5/13Мерзляков А. Ф.


Да учится, друг, бедность и нужды все
Терпеть, в военной строгости юноша
Окрепший, да па́рфян свирепых
Гонит он, всадник, копьем ужасный!

5 Да жизнь под небом в опытах трепетных
Влачит! Героя с высей зубчатых стен
Супруга враждебного князя
С зрелою девою вдруг увидев,

Содрогнут в страхе, чтобы неопытный
10 Жених не вышел царственный в ярый бой
С сим зверем, которого жадность
Кличет в пыл сечей, кипящих кровью!

Сладка, почтенна смерть за отечество!
Смерть и бегущих с поля разит мужей;
15 Бесщадная воев дрожащих
Голеням, робкому юных пылу!

Отказа в службе Доблесть не ведая,
Честями светит не оскверненными:
Берет, возвращает секиру,
20 Ветру не следуя мнений черни!

Свободных смерти Доблесть в небесный храм
Ведет высоко путем не проложенным,
Презрев и народы, и землю
Хладную, мчится на крылах легких.

25 И Скромности, верь, есть непреложна мзда.
Могу ль терпеть я, чтоб нарушитель тайн
Цереры сидел под одною
Кровлею, чтоб отрешил он вкупе

Единую лодку! Часто небрежный рок
30 С виновным губит мужа невинного;
Но редко к злодействам свершенным
Косная казнь не доходит в карах!

Мерзляков А. Ф., «Подражания и переводы», М., 1826, ч. 2, с. 106—107.

1826 г. Воспитание римлян. (К. III, О. 2.)

[6/13Муравьев М. Н.


Пусть отрок к бедности привыкнет
И возмужает меж трудов,
Пусть к жизни воинов приникнет
И после поразит врагов.
5 Да все он ужасы преходит
И дни и ночи препроводит
Открыт под зноем и дождем;
Да зрит его жена царева
И с верху стен страшащась дева
10 В полках летающа с мечем.

У зря его, уже трепещут,
В очах мечтают гибель их,
В сраженье робки взоры мещут,
Не пал царевнин бы жених.
15 Он их полками управляет,
Хотя науки той не знает,
Чтоб в брань полки устроевать;
А наш герой, как лев, стремится,
Когда внезапу возгорится
20 В нем гнев врагов его попрать.

Велико есть и славно дело
Свое за отчество умреть,
И смерть бегущу мужу смело
Свою подобно ставит сеть.
25 Плещи страшливых поражает,
Младых она не пощажает,
И гонит вслед, и в тыл сечет;
А твердый дух воссиявает,
Не тем он славу утверждает,
30 Что весь народ об нем речет.

Кому умреть не подобало,
А пал за отчество в полях,
Того бессмертно имя стало,
И он жить будет в небесах.
35 Уже он низкость презирает
И от лица земли взлетает,
Паря крылом, на небеса;
Подобно верное молчанье
Свое приимет воздаянье;
40 Молчанье есть мужей краса.

Не вниду ввек под кров единый
Со презирателем богов,
Ниже дерзну через пучины
В ладье с ним плыть среди валов,
45 Зевес с злодеем поражает
Того, кто вкупе с ним бывает
И со губительми седит;
Во всяко время наказанье
Последует по злодеянье
50 И тако делающим мстит.

Впервые: «Петроний: Гражданская брань», СПб., 1774, с. 13—15.

[7/13Орлов В. И.


На службе ратной юноша доблестный
да изучает нужды суровые;
пусть дни и ночи под открытым
небом в трудах и бедах проводит.

5 И возмутятся всадники грозного
копьем парфяне неустрашимые!
Невеста чуждых сил владыки,
с стен усмотревши героя, тяжко

вздохнет с мольбою: «О, да не встретится
10 со львом свирепым друг мой неопытный;
да не над царственной главою
гнев его, жаждущий крови, вспыхнет».

Славна, приятна смерть за отечество!
Смерть и бегущих также преследует,
15 и не щадит она ни слабой
юности, ни боязливых пыла.

Не знает доблесть доли презрительной:
блистает славой неукоризненной:
и не берет, и не кидает
20 почестей по произволу черни.

Даря достойных честью бессмертия,
стезей высокой к небу парит она;
расширя крылья, презирает
низкую землю, толпы народа.

25 Друзья, почтим и верность молчания!
Не разделю я крова с предателем,
Цереры тайны обнажившим;
в утлый с ним челн я не сяду вместе.

Так, дней владыка, часто с преступником
30 одним ударом губит невинного;
а грозно медлящая кара
быстрый порок упускает редко!

Орлов В. И., «Опыт перевода Горациевых од», СПб., 1830, с. 93—95.

Ода II. К римлянам. (Размером подлинника.)

[8/13Порфиров П. Ф.


Пусть отрок, службою суровой закаленный,
Научится дружить с тяжелою нуждой
И, страшный меткостью копья, пусть будет конный
Кичливым парфянам грозой.

5 Без крова пусть живет, опасность презирая;
Тогда-то, глядя в бой с враждующей стены,
Невеста — дочь царя — с царицею, бледны,
Промолвят, трепетно вздыхая:

«Ах, только б не вступил жених наш слабый в бой
10 С львом — страшным, если кто его при встрече тронет,
Чей кровожадный гнев его в пыл сечи гонит
Неудержимо за собой.»

Приятна и красна нам смерть за край отцов
Но смерть преследует и воинов трусливых,
15 Не пощадит она и юношей пугливых —
Ни ног, ни спин у беглецов.

Постыдных неудач не зная в день избранья,
Сияет мужество красой заслуг своих,
И не берет секир по прихоти собранья,
20 И не по прихоти его слагает их.

Достойным вечности храм неба отверзая,
Подъемлет доблесть путь, отверженный толпой,
И презирает, в высь на крыльях отлетая,
И шум толпы, и дол земной.

25 Награда также ждет того, кто в тайнах верен.
Явивший таинство Цереры пред толпой
Не будет никогда под кровлею со мной,
С тем плыть я в море не намерен

На утлом челноке: разгневавшись, карал
30 Юпитер грешнаго подчас с невинным вместе,
И редко, хоть хрома богиня правой мести,
Злодей от кары ускользал.

Впервые: Порфиров П. Ф., «Гораций: Оды в 4-х книгах», СПб., 1902.

К Римскому юношеству. Это стихотворение служит как бы продолжением предыдущего: не к богатству должен стремиться современный юноша-римлянин. Он должен стремиться воскресить в себе доблесть предков: закалить себя трудами и лишениями военной службы, и мужеством приобрести себе неувядаемую славу.


Ст. 25. Мужество проявляется и в верпом хранении тайны.

Ст. 26. Таинства элевсинских мистерий.

Ст. 31. Poena (Немезида) иногда не тотчас наказывает преступника.

[9/13Семенов-Тян-Шанский А. П.


Военным долгом призванный, юноша
Готов да будет к тяжким лишениям;
Да будет грозен он парфянам
В бешеной схватке копьем подъятым.

5 Без крова жить средь бранных опасностей
Он пусть привыкнет. Пусть, увидав его
Со стен твердыни вражьей, молвит
Дочке-невесте жена тирана:

«Ах, как бы зять наш будущий, царственный,
10 В искусстве ратном мало лишь сведущий,
Не раззадорил льва, что в сечу
Бурно кидается в яром гневе!»

И честь и радость — пасть за отечество!
А смерть равно разит и бегущего
15 И не щадит у тех, кто робок,
Спин и поджилок затрепетавших.

Падений жалких в жизни не ведая,
Сияет доблесть славой немеркнущей
И ни приемлет, ни слагает
20 Власти, по прихоти толп народных.

И открывая небо достойному
Бессмертья, Доблесть рвется нехоженым
Путем подняться, и на крыльях
Быстро летит от толпы и грязи.

25 Но есть награда также молчанию:
И если кто нарушит Церерины
Святые тайны, то его я
Не потерплю под одною кровлей

Иль в том же чёлне. Часто Диеспитер
30 Карает в гневе с грешным невинного;
А кто воистину преступен,
Тех не упустит хромая Кара.

Впервые: «Гораций: Избранная лирика», М.—Л., 1936, с. 101—103.

Ода 2. К римскому юношеству.


Ст. 26 — перевод сентенции греческого поэта Симонида, которую любил повторять Август.

Ст. 26—27. ...Церерины Святые тайны... — учение элевсинских мистерий, доступное лишь посвященным.

[10/13Семенов-Тян-Шанский А. П.


Военным долгом призванный юноша
Готов да будет к тяжким лишениям;
Да будет грозен он парфянам
В бешеной схватке копьем подъятым.

5 Без крова жить средь бранных опасностей
Он пусть привыкнет. Пусть, увидав его
Со стен твердыни вражьей, молвит
Дочке-невесте жена тирана:

«Ах, как бы зять наш будущий царственный,
10 В искусстве ратном мало лишь сведущий,
Не раззадорил льва, что в сечу
Бурно кидается в яром гневе!»

Красна и сла́дка смерть за отечество:
А смерть разит ведь также бегущего
15 И не щадит у молодежи
Спин и поджилок затрепетавших.

Падений жалких в жизни не ведая,
Сияет доблесть славой немеркнущей
И ни приемлет, ни слагает
20 Власти, по прихоти толп народных.

И, открывая небо достойному
Бессмертья, Доблесть рвется заказанным
Путем подняться, и на крыльях
Быстро летит от толпы и грязи.

25 Но есть награда также хранителям
И тайн. И если кто элевзинские
Нарушит тайны, то его я
Не потерплю под одною кровлей

Иль в том же чёлне. Часто Дие́спитер
30 Карает в гневе с грешным невинного,
Но редко пред собой злодея
Кара упустит, хотя б хромая.

«Гораций: Собрание сочинений», СПб., 1993, с. 105—106.

(1) Ода 2. К римскому юношеству. Размер: Алкеева строфа.

(2) Римскому юношеству [III, 2]. Это одна из четырех программных од III-й книги Горация; цель ее — борьба с постепенно падавшими нравами римлян под влиянием богатого и изнеженного Востока, неисчислимые сокровища которого стекались в столицу, обогащая высший класс. Особенно известен первый стих 4-й строфы: Dulce et decorum est pro patria mori. (Красна и сладка смерть за отечество.)


(1) Ст. 9. ...Зять наш будущий..., явившийся на помощь отцу невесты, подобно Коребу, жениху Кассандры, при осаде Трои. См. «Энеиду» Вергилия, II, 341 слд.

Ст. 25. ...Есть награда... — перевод изречения поэта Симонида, которое часто повторял Август.

Ст. 26. Элевзинские тайны — мистерии богини Деметры, разглашение которых считалось святотатством.

(2) Ст. 3. Парфяне — воинственное племя, жившее на территории нынешней Персии, с которым воевали римляне в век Горация.

Ст. 26—28. Речь идет об Элевсинских мистериях, разоблачение которых каралось государственной властью.

Ст. 29. Диеспитер — Юпитер.

[11/13Тучков С. А.


Гражда́не юные, мужайтесь,
И, обыкая с нежных лет,
Трудам военным предавайтесь,
Убожества сносите вред.

5 Копье вращающу десницу
Готовьте вы разить парфян;
Вы цвета целого столицу
Должны блюсти, блюсти римля́н.

Пусть воин наш пренебрегает
10 Пески, и зной, и снег, и лед;
Врагов царица да познает
Его со стен а так речет:

«О боги! Да не прикоснется
Младой супруг мой льва сего!
15 Кой яко вихрь с мечом несется,
Повсюду кровь окрест его».

Приятно, славно — кто желает
За отчество живот скончать!
Смерть слабу юность достигает
20 И тщится робких поражать.

Добро́та истинна яснеет
Не померцающим лучом,
И оборотов не имеет,
Что стыд влекут в пути своем.

25 Непостоянного народа
Волнения спокойно зрит,
И путь среди небесна свода
Непреткновен себе творит.

Сияя славой меж звездами,
30 Глядит с презрением с высот
На смертных, под ее ногами
Лишенных чести и доброт.

Сему подобную награду
Имеет верность навсегда.
35 Да на един я не воссяду
Корабль с злодеем никогда,

Иль зрится где презритель веры;
Потщусь пределов тех бежать,
Где хищник таинства Цереры
40 Гонимый может обитать.

Зевес во гневе небесами
Трясет, смущает громом слух!
Разит нередко он стрелами
Невинного с виновным вдруг.

45 Хоть нам искусство представляет
Беду с изломленной ногой —
Однако ж злобных достигает
Она быв дряхлой и хромой.

Тучков С. А., «Сочинения и переводы», М., 1816, ч. 1, с. 156—158.

Ода II. К друзьям. Возбуждает их к храбрости, добродетели, и к хранению тайн.

[12/13Фет А. А.


Пусть юноша себя, окрепнув на войне,
Стремится приучить к лишеньям ежечасным;
Тогда он явится с копьем и на коне
Для парфа грозного противником опасным.

5 Ни бой, ни жизнь полей его не устрашат.
Тогда с враждебных стен властителя супруга
И дева юная пускай за ним следят
Очами, полными смущенья и испуга!

И пусть вздохнут, увы! чтоб царственный жених
10 Не растревожил льва рыкающего встречей,
Который носится меж чуждых и своих,
Алкая утолить свой гнев кровавой сечей.

Смерть за отечество отрадна и славна —
Бежавший от нея в бою не уцелеет,
15 И верно юношей изнеженных она
Колен трепещущих и спин не пожалеет.

А доблесть грязных всех чуждается страстей,
Одною славою блистая благородной,
И внемля ветреной толпе, не сродно ей
20 Секиру брать и класть по прихоти народной.

Она избраннику, который не умрет,
Путями новыми бессмертье отверзает,
На сходбища с толпой обычной не пойдет
И в небо от земли на крыльях улетает.

25 Молчанью тоже честь; того, что разделил
Цереры таинства священные с толпою,
Не допущу, чтоб он под той же крышей был
Иль лодку утлую отвязывал со мною.

Забвенью преданый, златого дня Отец
30 К преступным чистого нередко причисляет,
А наказание, хоть поздно, наконец
С хромой своей ногой злодея настигает.

Впервые: Фет А. А., «Гораций: Оды в 4-х книгах», СПб., 1856.

Од. II. Согласно примечанию к III, Од. 1. Гораций в этой оде указывает юношам на вторую добродетель истинного римлянина, на доблесть (virtus), которая вмещает в себе и перенесение воинских трудов, и готовность умереть за отечество, и стремление к славе — высшей и единственной награде подвига.


Ст. 4. Грозный парф здесь вместо всякого иного врага, а, может быть, и потому, что юноша должен стремиться возвратить утраченные Крассом значки.

Ст. 6. В решительные минуты битвы женщины и девы осажденных выходили на стены башен и укреплений смотреть на бой. Гораций желает, чтобы в числе прочих, невеста царевича следила попеременно за женихом и за храбрым римским юношей, которого он сравнивает со львом, боясь, чтобы они не встретились.

Ст. 16. Древние старались у бегущих врагов подрубить жилы под коленями, (см. Энеид. IX, 768).

Ст. 20. Гораций, как истый римлянин, представляет доблесть осмысленной силой, преклонной перед народной прихотью, — вот почему она ищет для себя новые, толпе неизвестные пути к бессмертию.

Ст. 23. Юноша, исполненный прямой доблести, не может быть ни хвастлив, ни болтлив.

Ст. 26. Таинства Цереры весьма уважались и у римлян, и у греков, поэтому высказать их непосвященным считалось большим преступлением.

Ст. 30. Следовательно невинный может погибнуть за то только, что сблизился с злодеем.

[13/13Шатерников Н. И.


Пусть, закаленный службой военною,
Сумеет юный бедность тяжелую
Нести покорно; парфов гордых,
Грозный наездник, копьем пусть мучит.

5 Пусть жизнь под небом, с вечной тревогою.
Ведет. Владыки, Риму враждебного,
Жена, со стен его увидя, —
Тут же и дочь молодая с нею, —

Вздохнет: «О горе! Как бы неопытный
10 В бою жених твой разгоряченного
Не тронул льва, что яро мчится
С жаждою крови в разгар сраженья».

Почет и сладость — пасть за отечество!
Ведь смерть настигнет с боя бегущего:
15 Пощады нет коленям робким
Или спине беглецов трусливых.

Отказов жалких доблесть не ведает,
И незапятнан блеск ее почестей:
Возьмет оружье и положит —
20 Не по изменчивой воле черни.

Раскроет доблесть небо достойному,
Неторных доблесть ищет дорог себе;
Покинет сходбища народа,
Топкую землю — на быстрых крыльях.

25 Почет надежный — в верном молчании.
Кто нарушает тайны священные
Цереры, — с тем не разделю я
Крова ив утлый челнок не сяду.

Ведь громовержец часто невинного
30 За грех карает вместе с преступными;
Богиня мщенья все ж догонит,
Хоть и хромая, порок ушедший.

Шатерников Н. И., «Гораций: Оды», М., 1935.

Ода 2. К римскому юношеству. «Тайны, священные Цереры» — элевсинские мистерии Деметры.

На сайте используется греческий шрифт.


МАТЕРИАЛЫ • АВТОРЫ • HORATIUS.RU
© Север Г. М., 2008—2016