КВИНТ ГОРАЦИЙ ФЛАКК • ПЕРЕВОДЫ И МАТЕРИАЛЫ
CARM. ICARM. IICARM. IIICARM. IVCARM. SAEC.EP.SERM. ISERM. IIEPIST. IEPIST. IIA. P.

epistulae i xi


текст • переводы • commentariivarialectioprosodia

Гинцбург Н. С. Север Г. М. Фет А. А.

[1/4Гинцбург Н. С.


Как показались тебе, Буллатий мой, Хиос, и славный
Лесбос, и Самос-краса, и Сарды, Креза столица,
Смирна и как Колофон? Достойны иль нет своей славы?
Или невзрачны они перед Тибром и Марсовым полем?
5 Или милее тебе какой-нибудь город Аттала?
Или, устав от морей и дорог, восхваляешь ты Лебед?
С Лебедой ты не знаком? Местечко, пустыннее Габий
Или Фиден; но я там тем не менее жил бы охотно,
Всех позабывши своих и ими равно позабытый,
10 С берега глядя на то, как Нептун над волнами ярится.
Но ведь проезжий из Капуи в Рим, хоть и вымок под ливнем,
Хоть и в грязи до колен, не захочет всегда жить в харчевне;
Тот, кто прозяб до костей, ведь не станет ни бани, ни печи
Так восхвалять, будто ими-то жизнь и бывает счастливой;
15 И оттого, что тебя потрепала бы на море буря,
Ты бы не стал продавать свой корабль, на чужбине оставшись.
Нет, для того, кто здоров, красота Митилен и Родоса —
То же, что плащ в знойный день, набедренник — в снежную бурю,
В Тибре купанье — зимой или в августе — жаркая печка.
20 Так-то, покуда на нас благосклонно взирает Фортуна,
Самос, и Хиос, и Лесбос хвалить предпочту я заочно.
Счастие, в час бы какой ни послал тебе бог благосклонный,
Ты благодарно прими, не откладывай радости на год,
Чтобы повсюду ты мог сознаться: «Я жил, наслаждаясь».
25 Если заботы от нас отгоняет не местность с открытым
Видом на моря простор, а лишь разум и мудрость то ясно —
Только ведь небо меняет, не душу — кто за море едет.
Праздная нас суета томит: на судах, на четверках
Мчимся за счастием мы, — между тем оно здесь, под рукою,
30 Даже в Улубрах — лишь дух бы спокойный тебя не покинул.

Впервые: «Гораций: Оды, Эподы, Сатиры, Послания», М., 1970, с. 343—344.

Послание 11. К Буллатию, ездившему по греческим островам и городам у берегов Малой Азии.


Ст. 6. Лебед — по-видимому, был известен Горацию со времен походов Брута; он сравнивается с глухими городишками неподалеку от Рима (ст. 7, 8, 30).

[2/4Гинцбург Н. С.


Как показались тебе, Буллатий мой, Хиос и славный
Лесбос и Самос-краса, и Сарды, Креза столица,
Смирна и как Колофон? Достойны иль нет своей славы?
Или невзрачны они перед Тибром и Марсовым полем?
5 Иль тебе город один из Атталовых нравится больше,
Или, устав от морей и дорог, восхваляешь ты Лебед?
Лебед ты знаешь ли что? Местечко, пустыннее Габий
Или Фиден; но я там, тем не менее, жил бы охотно,
Всех позабывши своих и ими равно позабытый,
10 С берега я бы глядел, как Нептун над волнами ярится.
Все же, из Капуи в Рим на пути хоть и вымок под ливнем,
Грязью забрызган, никто не захочет всегда жить в харчевне;
Тот, кто насквозь хоть прозяб, ведь не станет ни бани, ни печи
Так восхвалять, будто жизнь они всю могут сделать счастливой.
15 Австр могучий тебя потрепал бы коль в море открытом,
Ты бы не продал корабль свой, оставшись за морем Эгейским.
Нет, для того, кто здоров, Митилены красо́ты и Хиос —
То же, что плащ в знойный день, иль при ветре со снегом — передник,
В Тибре — купанье зимой, или в августе — жаркая печка.
20 Можно пока, и на нас благосклонно взирает Фортуна,
В Риме заочно пускай хвалят Самос, и Хиос, и Ро́дос.
Счастие, в час бы какой ни послал тебе бог благосклонный,
Ты благодарной рукой принимай, не откладывай радость
На год, чтоб, где бы ты ни был, сознаться; «Я жил, наслаждаясь»,
25 Если заботы от нас отгоняет не местность с открытым
Видом на моря простор, а лишь разум и мудрость то ясно —
Только ведь небо меняет, не душу — кто за море едет.
Праздная нас суета всех томит: на судах, на четверках
Мчимся за счастием мы, — между тем оно здесь под рукою:
30 Даже в Улубрах — лишь дух бы спокойный тебя не покинул.

«Гораций: Собрание сочинений», СПб., 1993, с. 307.

Послание 11.


Ст. 5. Города Атталовы, т. е. города Пергамского царства. О царе Аттале см. Оды I, 1, ст. 12.

Ст. 18. Передник (campestre) — род коротенькой юбки, соответствующий современным гимнастическим трусикам.

[3/4Север Г. М.


Как тебе Хиос на вид, Буллатий, пришелся? И славный
Лесбос? Как Самос нашел изящный ты? Креза столицу
Сарды? Каков Колофон и Смирна? Достойны ли славы?
Или все вместе они отвратны пред Тибром и Полем?
5 Или Аттала по сердцу пришелся какой-нибудь город?
Или, моря и дороги прокляв, ты чествуешь Лебед?
(Знаешь, что Лебед такое? Местечко пустыннее Габий
или Фиден, но и там я все-таки жил бы охотно,
близких своих позабыв, да ими же сам позабытый,
10 с берега глядя, вдали Нептун как свирепый бушует.)
Тот же, однако, кто в Рим стремится из Капуи, грязью
с ливнем обляпан, в харчевне дорожной жить не захочет.
Также который озяб ни ванны ни печи не хвалит,
будто даруют счастливую жизнь они совершенно.
15 Также, потреплет тебя в пучине когда всемогущий
Австр, Эгейским за морем корабль продать не пытайся.
Крепкому от Митилен прекрасных, от Родоса пользы
в знойный как день от плаща, от пояса в снежный как ветер,
в стужу от Тибра волны, Секстилия в месяц от печки.
20 Будет позволено нам покуда, и лик благосклонный
будет Фортуна хранить, мы Хиос и Самос и Родос
в Риме похвалим заочно. И чем тебя ни одарит
бог, благодарной рукой прими, не откладывай на год
сладости жизни — «я вволю пожил», повсюду бывая
25 чтобы ты мог говорить. Ведь если рассудок и мудрость,
вовсе не берег с простором морским уносят заботы —
лишь небеса, но не дух меняет за море бегущий.
Хлопоты нас безделья тревожат, мы к жизни счастливой
на кораблях и четверках летим. А то, к чему рвешься —
30 даже в Улубрах, достало бы только спокойствия духа.

2012 г.

Послание адресовано некому Буллатию, о котором ничего не известно. Комментаторы Горация об этом Буллатии всегда были невысокого мнения; от их пера он пострадал гораздо больше прочих адресатов и друзей поэта. Сам Гораций осуждает Буллатия и за бесполезное стремление убежать от себя самого, и, видимо, за чрезмерное преклонение перед «заморскими красотами» и осуждение «родного захолустья». (По некоторым фрагментам Послания можно предположить, что Буллатий уехал, возможно спасаясь от внутренних конфликтов в Риме конца 30-х до н.э.) Гораций утверждает, что от беспокойства невозможно скрыться за морем, что источник покоя находится в самой душе, и если Буллатий по каким-то причинам несчастлив, заморские путешествия по-настоящему его не излечат. Послание можно отнести скорее к «общефилософским» рассуждениям Горация.


Ст. 1. Хиос, о-в в Эгейском море у Ионического побережья, между Самосом и Лесбосом. Славился вином, мрамором, фигами, красотой женщин (поэтому Гораций легко иронизирует над Буллатием, говоря Quid tibi visa Chios, как тебе Хиос на вид). Главный город Хиоса, имевший то же название, славился также скульптурами; Цицерон (Verr. II 1 19) пишет о том, как Г. Корнелий Веррес ограбил город, вывезя множество бесценных статуй. От древнего города не сохранилось даже руин; в 1822 г. турки разорили и опустошили весь остров; затем в 1881 г. на острове произошло сильное землетрясение, и город был разрушен полностью.

Ст. 2. Лесбос, о-в в Эгейском море у Ионического побережья. Славился в частности превосходным вином, как родина поэтов Сапфо и Алкея, но в целом, со времен Троянской войны, благодаря бурной политической и общественной жизни, политическим и общественным фигурам, а также климату, красоте городов, изысканной по-гречески восточной роскоши, древним орфическим традициям. Тацит называет Лесбос (Ann. VI 3) «остров прославленный и прекрасный».

Ст. 2. Самос, о-в в Эгейском море у Ионического побережья. На острове якобы родилась жена Зевса Гера. Остров был известен также как родина Пифагора и тирания Поликрата. Эпитет «изящный» (concinna) относится, скорее всего, к главному городу острова, имевшему то же название и известному красивой застройкой (в частности, храмом Геры, который был украшен бесценными произведениями искусства и который Цицерон называет (Verr. II 1 19) «святыня древнейшая и знаменитейшая»). Остров был известен также дамбой, перекрывавшей вход в гавань у Самоса, и акведуком в виде тоннеля. Геродот, составляя свой список чудес света, включает в него храм Геры, дамбу и акведук на Самосе.

Ст. 2. Крез, царь Лидии в 560 — 546 гг. до н.э. Несметные богатства Креза вошли в поговорку.

Ст. 3. Сарды, один из великих городов древнего мира, столица Лидии. Находился в Малой Азии, на золотоносной реке Пактол, у подножия горы Тмол. Город известен с древнейших времен; во время Ионийских волнений в 499 г. до н.э. был сожжен почти до полностью, но в правление лидийских царей восстановлен и превратился в средоточие огромных богатств. Особенно прославился в правление Креза; его дворец стал резиденцией персидских сатрапов, которые украшали его все больше и больше (в чем, в частности, прославился Кир младший, см. у Цицерона, de Senect. 17). До нашего времени сохранились руины построек, которые, как считается, были дворцом Креза; сохранились также остатки римских построек (амфитеатр и мраморные столбы). Сарды сдались Александру Македонскому, затем переходили к Антигону, Селевку, его последователям пергамским царям, пока, наконец, Лидия не вошла в состав римской провинции Азии Проконсульской к 133 до н.э.

Ст. 3. Колофон, город в Малой Азии, к северо-западу от Эфеса. Главной достопримечательностью города был расположенный рядом алтарь Аполлона. Был разрушен Лизимахом вместе с г. Лебед (см. ст. 6) в 292 г. до н.э. Руины Колофона были найдены в 1887 г. Шухгардтом; в наше время на месте города находится деревня.

Ст. 3. Смирна, один из старейших городов Малой Азии; руины находятся на территории современного Измира. Известен с древнейших времен, ко времени Александра Македонского был разрушен; Александр нашел его в руинах и собирался восстановить, но не успел; восстановление города начал Антигон, закончил Лизимах. Страбон (XIV 646) описывает Смирну как один из прекраснейших городов Ионии. Среди прочих достопримечательностей славился храмом Гомеру; горожане утверждали, что поэт родился в Смирне, и показывали грот, в котором он якобы жил и сочинял. Руины города были постепенно разобраны местными жителями на постройки; благодаря современным раскопкам было найдено множество статуй, надписей и монет.

Ст. 4. Campus, т.е. Марсовым полем (часть Рима, на левом берегу Тибра, первоначально предназначенная для военных и гимнастических упражнений; со времени изгнания Тарквиниев на Марсовом поле происходили военные и гражданские собрания).

Ст. 5. Аттала... какой-нибудь город? — т.е. один из городов, перешедших к Риму по завещанию последнего пергамского царя Аттала III. Когда Аттал в 133 г. до н.э. передал свое царство Риму, его брат Аристоник Пергамский поднял восстание и объявил себя царем (на что не имел формального права, т.к. был рожден вне законного брака). В 129 до н.э. Аристоник был захвачен в плен и казнен, после чего Пергамское царство закрепилось в составе римской провинции Азия Проконсулькая. В Пергамское царство входил ряд полисов, из которых некоторые были подданными правителей Атталидов, некоторые обладали автономией. Когда Пергамское царство перешло к римлянам, в него входили Мизия, Лидия, Иония и часть Карии; с крупнейшими городами Эфес, Пергам, Сарды, Смирна, Лампсак, Кизик, Траллы, Адрамиттий, Тиатира. Почти все эти города сохранились в руинах, по которым можно сделать вывод об их блеске и роскоши.

Ст. 6. Лебед, город в Ионии, на берегу Эгейского моря. Был разрушен Лизимахом (вместе с г. Колофон, см. ст. 3) в 292 г. до н.э. Жители Лебеда и Колофона были переселены в Эфес; сам город оставался в руинах до времен Горация, и был восстановлен только во время империи. Руины сохранились до наших дней, ок. современного г. Сеферихисар. Гораций, скорее всего, сам видел развалины Лебеда, когда в должности военного трибуна был в Малой Азии с войском Брута в 43 г. до н.э.

Ст. 7. Габии, город в Латии на Габинском озере, в 15 км. к востоку от Рима, почти на середине пути между Римом и Пренесте. Принадлежал к древнейшим городам Латинского союза; союзник Рима с 493 до н.э. Во время поздней республики потерял почти все население; Цицерон уже в I в. до н.э. отзывается о Габиях как о маленьком незначительном городке, (municipium, Pro Planc. IX 23). Причиной этому были опустошительные карьерные работы в окрестностях и, в большей степени, разрушения гражданских войн; см. у Лукана (VII 392): «Уж скоро названье латинов // станет легендой пустой; на Габии, Вейи и Кору // смогут едва указать развалины, крытые прахом»; Проперций упоминает его запустение и бывшее величие в одной строке (IV 36): «...нынче которых уж нет Габиев бурный народ». Поэты августовской эпохи приводили Габии как пример места, рухнувшего с некогда великих высот (у Горация каждый подобный пример подчеркивает его республиканскую позицию и постоянную горечь по поводу разорения гражданских войн). Позже, при Антонине и Коммоде, город был восстановлен и в какой-то степени вернул былое значение. До наших дней сохранились развалины храма Юноны; последние раскопки обнаружили несколько статуй и надписей. Ко времени Горация Габии были также известны целебными холодными ключами, которые были «в моде» благодаря рекомендациям Антония Мусы, врача Августа (см. Посл. I 15, 9); возможно Гораций посещал эти холодные ванны сам. Ювенал также упоминает Габии как курортное место (VII 3): «...время ненастья, когда знаменитые наши поэты // брали на откуп то в Габиях баню...»

Ст. 8. Фидены, древний сабинский город в Латии, на левом берегу Тибра, в 5 км. северу от Рима. Ко времени Ромула был большим значительным городом (см. у Дион. Галикарнасского, II 23). В 505—504 до н.э. был завоеван Римом. В 435 до н.э. около Фиден Рим разгромил Вейи, вскоре после чего к. 424 до н.э. город был разрушен Эмилием Мамерком (см. у Ливия, IV 9), т.к. на протяжении 150 предыдущих лет являлся одним из самых неспокойных римских владений, предпринимая постоянные попытки возвратить независимость. Тацит (Анн. IV 62) упоминает, что ко времени Тиберия Фидены были небольшим муниципием. В 27 г., уже после Горация, Фидены печально прославились обрушением деревянного амфитеатра, при котором погибло, по разным источникам, от 20 (Светоний, Тиб. 40) до 50 (Тацит) тыс. человек (что не указывает на населенность города, т.к. в большой амфитеатр публика собиралась даже из относительно дальних селений). Оба Фидены и Габии, очевидно, вошли в поговорку как символ самого захолустного места; в этом смысле они встречаются рядом также у Ювенала (VI 56—57): «Пусть-ка она поживет, как жила в деревне, — в Фиденах, // в Габиях, скажем, — и я уступлю отцовский участок»; (X 99—101): «Что предпочтешь ты — одеться в претексту хотя бы Сеяна // или начальством в Фиденах и Габиях быть деревенским, // жалким эдилом служить в захолустье улубрском...» Развалины города сохранились и находятся рядом с современным городком Castel Giubileo.

Ст. 8—10. но и там я все-таки жил бы охотно — нужно помнить, что Лебед связан с республиканским прошлым Горация (скорее всего, поэт сам приезжал на развалины Лебеда, когда в должности военного трибуна был в Малой Азии с войском Брута в 43 до н.э.). Отсюда смысл, который вкладывает Гораций в эти три строки, однозначен — он вернулся бы даже на развалины республики, чтобы с них наблюдать Нептун как свирепый бушует (аллюзия на текущее положение дел в Риме, взволнованном внутренними войнами, в частности, пиратством Секста Помпея, который называл себя «сыном Нептуна» за свои морские победы над Октавианом (см. Эпод 9, 7); т.е. здесь у Горация читается дополнительная ирония). Образ подкрепляется тем, что Лебед был одним из 12 городов-участников Ионийского союза, объединения автономных городов, которому республиканец будет симпатизировать. Гораций, возможно, также имеет в виду, что подлинно близких людей (с которыми он мог бы взирать на бушующего Нептуна) у него нет, и что вообще свое теперешнее общество он предпочел бы виду на море. По этим строкам, в контексте всего Послания, можно предположить, что Буллатий был сторонником нового времени и т.о. «идеологическим противником» Горация.

Ст. 11. в Рим стремится из Капуи— речь идет об Аппиевой дороге; Капуя, главный город Кампании, была конечным пунктом. Дорога была выложена из базальтовых блоков (см. Прокопий, de Bell. Goth. I 14), которые позже, очевидно, были покрыты мелким гравием.

Ст. 11—19. Можно предположить, что Буллатий задержался за границей дольше, чем собирался, и, возможно, не собирается возвращаться домой вообще. Гораций замечает, что лечиться всю жизнь невозможно, и что источник подлинного здоровья души и тела следует искать не в вине, не в ваннах и не у горячей печи, а в трезвости и спокойствии. Крепкому духом не нужны никакие лекарства; искать лечения от меланхолии или неприязни к своему окружению смысла нет, потому что достигая должного состояния духа человек сам избавляется от того, что его лишает его покоя.

Ст. 16. Австр, южный ветер.

Ст. 18. Плащ, paenula; теплый плащ с капюшоном, который в плохую погоду надевали поверх тоги.

Ст. 18. Набедренник, campestre; короткий льняной набедренник, который надевали борцы на состязаниях. Его носили также в жаркие дни под тогой вместо туники, как нижнее белье.

Ст. 19. Секстилий, шестой месяц римского года (начиная с марта); после смерти Августа назван его именем.

Ст. 19. Caminus, очаг, печь, но тж. комната в римском доме (преимущественно в вилле), обращенная на юг и устроенная таким образом, чтобы собирать как можно больше солнечных лучей. Называлась также heliocaminus и solarium. В таких комнатах римляне проводили зимой много времени.

Ст. 21. Фортуна, римская богиня счастья и удачи.

Ст. 22—25. И чем тебя ни одарит... чтобы ты мог говорить. — Очередной эпикурейский манифест; не нужно обитать душой в эфемерном будущем, надеясь на то, что может никогда не случиться (в частности, ожидать сомнительного счастья от заграничных скитаний), но жить сегодняшним днем и строить планы исходя из текущего.

Ст. 27. лишь небеса, но не дух меняет за море бегущий. — caelum, non animum mutant, qui trans mare currunt; фраза стала впоследствии поговоркой.

Ст. 28. Хлопоты нас безделья тревожат — strenua nos exercet inertia; оксиморон; фраза стала впоследствии поговоркой, обозначающей пустую активность, трату сил и энергии, не приводящие ни к каким осмысленным результатам.

Ст. 29. Quadriga, колесница, запряженная четырьмя лошадьми. На кораблях и четверках — navibus et quadrigis, погов.; значит «на море и на суше, везде и всюду, всеми средствами». У Горация приобретает оттенок тщеславия, т.к. на квадригах вступали в Рим триумфаторы, отчего возникает дополнительное чтение «флотом и триумфальными колесницами».

Ст. 30. Улубры, маленький городок в Латии, недалеко от совр. Веллетри. См. тж. у Ювенала (X 101): «жалким эдилом служить в захолустье улубрском». Возможно, в Улубрах у Буллатия была какая-то собственность.

[4/4Фет А. А.


Как, Буллатий, нашел ты Хиос да Лесбос известный,
Как красивый Самос, как Сарды, Креза столицу,
Смирну, и как Колофон? Своей они славы достойны ль?
Или невзрачны они перед Тибром да Марсовым полем?
5 Или по сердцу пришелся какой-либо город Аттальский,
Иль ты Лебед уж хвалишь, прискуча путями и морем?
Знаешь что Лебед такое; он город безлюднее Габий
И Фиден; а я бы прожить и там согласился,
Позабывши своих и ими вполне позабытый,
10 Издали с твердой земли на свирепость Нептуна взирая.
Но ведь ни тот, кто в пути из Капуи в Рим промочён был
Ливнем и грязью, в харчевне жить не захочет, ни тот, кто
Сильно прозяб, не станет печей и бань славословить
Как вполне способных всю жизнь соделать блаженной;
15 Так и ты, коль Австер тебя в пучине помечет,
Не продавай за то корабля за морем Эгейским.
Кто здоров, тому и Родос и краса Митилены
Тоже, что плащ среди лета, передник при ветре со снегом,
Волны Тибра зимой и горячий камин в самый Август.
20 Если придется, и лик сохранит Фортуна приватный,
Мы Самос и Хиос и Родос похвалим заочно.
Ты, каким бы бог тебя ни порадовал часом,
Все благодарно прими, не откладывай радости на год
Чтобы, где бы ты ни жил, ты мог говорить, что приятно
25 Прожил, ибо как ум и мудрость снимают заботы,
А не место с видом на даль распростертую моря,
То небеса, а не дух меняет за море бегущий.
Гонит праздная нас суета, мы к счастью стремимся
На кораблях и четверках. Чего ты ищешь, то здесь есть,
30 Даже в Улубрах, ежели только дух твой покоен.

Впервые: Фет А. А., «К. Гораций Флакк», М., 1883.

Послание XI. К Буллатию. Только руководясь духовным настроением нашего поэта в настоящем послании, можно отнести последнее к 730 г. о. о. Р.. Оно обращается к неизвестному Буллатию, страдавшему тем недугом, который в Евген. Онегине определяется как: «беспокойство, охота к переменам мест, весьма мучительное свойство». Гораций говорит Буллатию, что не место утешает человека, а человек приносит свое довольство хотя бы в самый скромный уголок.


Ст. 3. Один из блестящих городов бывшего Пергамского царства Атталов.

Ст. 6. Лебед, приморский городок между Смирной и Колофоном, с которым Гораций, видно, лично познакомился во время своей службы у Брута.

Ст. 7. Габии и Фидены, городки в Лациуме.

Ст. 10. Единственное зрелище в безлюдном приморском городке.

Ст. 15. Если человек, измокший в дороге, и осушается в харчевне, не считая ее вечным своим жилищем, то и наскучивший столицей не должен бросаться в вековечное скитание и даже продать корабль на чужом берегу, лишая себя возможности вернуться домой.

Ст. 17. Здоровый телом и душой не нуждается в поездках в Родос или Митилены, которые не прибавят ему счастья.

Ст. 80. Улубры, маленький город близ Понтинских болот.

На сайте используется греческий шрифт.


МАТЕРИАЛЫ • АВТОРЫ • HORATIUS.RU
© Север Г. М., 2008—2016