КВИНТ ГОРАЦИЙ ФЛАКК • ПЕРЕВОДЫ И МАТЕРИАЛЫ
CARM. ICARM. IICARM. IIICARM. IVCARM. SAEC.EP.SERM. ISERM. IIEPIST. IEPIST. IIA. P.

epistulae i xx


текст • переводы • commentariivarialectioprosodia

Гинцбург Н. С. Голубец Ю. Кантемир А. Д. Север Г. М. Фет А. А.

[1/7Гинцбург Н. С.


Кажется, книжка, уже ты глядишь на форум, на лавки,
Хочешь стоять на виду, приглажена Сосиев пемзой.
Ты ненавидишь замки и печати, приятные скромным;
Стонешь ты в тесном кругу и места многолюдные хвалишь,
5 Вскормлена хоть и не так. Ну что же, ступай, куда хочешь!
Но не забудь: уйдешь — не вернешься. Сама пожалеешь:
«Что я наделала! — будешь твердить. — Чего захотела!»
Помни: ты свиться должна, лишь устанет, пресытясь, любовник.
Ежели я, раздраженный тобой, гожуся в пророки, —
10 Будешь ты Риму мила, пока не пройдет твоя младость;
После ж, руками толпы захватана, станешь ты грязной,
Непросвещенную моль молчаливо кормить будешь, или
Скроешься в Утику ты, иль сослана будешь в Илерду.
Будет смеяться советчик, кому ты не вняла; как в басне
15 Тот, что на скалы столкнул осленка упрямого в гневе:
Кто же станет спасать того, кто не хочет спасаться?
Ну, а после всего останется только в предместьях
Чтенью ребят обучать, покуда язык не отсохнет.
Там-то, в теплые дни, когда будет кому тебя слушать,
20 Ты расскажи, что я, сын отпущенца, при средствах ничтожных
Крылья свои распростер, по сравненью с гнездом, непомерно:
Род мой насколько умалишь, настолько умножишь ты доблесть;
Первым я Рима мужам на войне полюбился и дома,
Малого роста, седой преждевременно, падкий до солнца,
25 Гневаться скорый, однако легко умиряться способный.
Если ж о возрасте кто-нибудь спросит тебя, то пусть знает:
Прожито мной декабрей уже полностью сорок четыре
В год, когда Лоллий себе в товарищи Лепида выбрал.

Впервые: «Гораций: Оды, Эподы, Сатиры, Послания», М., 1970, с. 363—364.

Послание 20. К своей книге.


Ст. 13. Утика и Илерда — города в Африке и Испании, наиболее романизованных римских провинциях.

Ст. 28. В год, когда Лоллий себе в товарищи Лепида выбрал. — Консульство Лоллия и Лепида — 21 г. до н.э..

[2/7Гинцбург Н. С.


Кажется, книжка, глядишь на Вертумн и на Януса свод ты —
Хочешь стоять на виду, знать, приглажена Сосиев пемзой.
Ты ненавидишь замки и печати, приятные скромным;
Стонешь ты в тесном кругу и места многолюдные хвалишь,
5 Вскромлена хоть и не так. Избегай, куда тянет, спуститься:
Выпущу лишь — и не будет возврата. — «Несчастная, что ж я
Сделала, скажешь, чего я хотела?» — как будешь в обиде.
Помни — свернуться должна, лишь устанет, пресытясь, любовник.
Если пророк не дурит, упрямством твоим недовольный,
10 Будешь ты Риму мила, пока не пройдет твоя младость;
После ж, руками толпы захватана, станешь ты грязной,
Непросвещенную моль молчаливо кормить будешь, или
Скроешься в Утику ты иль, сковав, тебя вышлют в Илерду.
Будет смеяться советчик, кому ты не вняла; как в басне
15 Тот, что на скалы столкнул осленка упрямого в гневе:
Кто ж, в самом деле, того, кто не хочет, спасать бы трудился?
Вот что еще тебя ждет: пока будешь ребят обучать ты
Чтенью в предместьях глухих, тебя старость гугнивая схватит.
В вешние дни, когда солнце ушей привлечет к тебе больше,
20 Ты расскажи, что я — сын отпущенца, при средствах ничтожных
Крылья свои распростер, по сравненью с гнездом, непомерно:
Род мой насколько умалишь, настолько умножишь ты доблесть;
Первым я Рима мужам на войне полюбился и дома,
Малого роста, седой преждевременно, падкий до солнца,
25 Гневаться скорый, однако легко умиряться способный.
Если ж о возрасте кто-нибудь спросит тебя, то пусть знает:
Прожито мной декабрей уже полностью сорок четыре
С года того, когда Лоллий в товарищи Лепида выбрал.

«Гораций: Собрание сочинений», СПб., 1993, с. 324.

Послание 20. К своей книге. Написано в 20 году.


Ст. 1—2. Вертумн — храм Вертумна (см. Сат. II, 7, ст. 15). Януса свод. См. Сат. II, 3, ст. 19. Гораций указывает то место форума, где были книжные лавки, из которых известнейшей была лавка Сосиев. Об отделке книг пемзой см. первое стихотворение Катулла (перевод А. Пиотровского, ‘Academia’, 1929).

Ст. 28. ...Когда Лоллий в товарищи Лепида выбрал, т. е. в консульство этих двух лиц.

[3/7Голубец Ю.


Мнятся тебе, мой свиток, Вертумн и Януса портик,
в мир тебе захотелось, мерцая Сосиев пемзой,
возненавидел ларцы и печатки, приличные скромным...
Стоном безлюдье коришь, многолюдье хвалою возносишь —
5 так ли растили тебя? Беги! Будь свободен, где хочешь!
Только возврата не будет! «Что, жалкий, с тобою я сделал? —
скажешь, — чего захотел?» А когда пожалеешь, запомни:
свейся в свиток опять. как устанет богатый любитель!
Если пророк не глупеет, обиды к тебе преисполнясь,
10 Риму будешь ты мил, покуда срок не настанет!
После — зачитан, засален нечистыми пальцами черни —
будешь тешить, безмолвный, ты моль тупую собою,
или в Утику сбежишь, побежденного вышлют в Илерду.
Станет смеяться советчик! Ему ведь не вняли! Как в сказке
15 тот, кто прямо на скалы упрямого сбросил осленка,
в гневе... Помощь нужна ль тому, кто подмоги не просит?
Вот и осталось тебе обучать ребятишек начаткам —
это в предместьях всегда занимает болтливую старость,
как только полдень обвеет своими тебя ветерками.
20 Всем поведаешь ты: отпущенца скромного отпрыск
возмужавшие крылья простер над гнездовьем далёко!
Род умалив, возвеличил ты славою доброе имя —
первым дорог ты стал мужам войны и совета!
Я, неказистый, седой, посмуглевший от яркого солнца,
25 скорый на крик да на гнев, да скоро смягчаться способный!
Если кто спросит тебя о возрасте нашем, ответь им:
Сорок мне декабрей и четыре исполнилось ныне
в год, когда Лоллий себе в сотоварищи Лепида выбрал!

«Драгоценные свитки», М., 1989, с. 46—47.

Послания I, 20.

[4/7Кантемир А. Д.


Скучен вам, стихи мои, ящик, десять целых
Где вы лет тоскуете в тени за ключами!
Жадно воли просите, льстите себе сами,
Что примет весело вас всяк, гостей веселых,
5 И взлюбит, свою ища пользу и забаву,
Что многу и вам и мне достанете славу.
Жадно волю просите, и ваши докуки
Нудят меня дозволять то, что вредно, знаю,
Нам будет; и, не хотя, вот уж дозволяю
10 Свободу. Когда из рук пойдете уж в руки,
Скоро вы раскаетесь, что сносить не знали
Темноту и что себе лишно вы ласкали.
Славы жадность, знаю я, многим нос разбила;
Пока в вас цвет новости лестной не увянет,
15 Народ, всегда к новости лаком, честь нас станет,
И умным понравится голой правды сила.
Пал ли тот цвет? больша часть чтецов уж присудит,
Что предерзостный мой ум в вас беспутно блудит.
Бесстройным злословием назовут вас смело,
20 Хоть гораздо разнится злословие гнусно
От стихов, кои злой нрав пятнают искусно,
Злонравного охраня имя весьма цело.
Меня меж бодливыми причислят быками:
Мало кто склонен смотреть чистыми глазами.
25 Другие, что в таком я труде упражнялся,
Ни возрасту своему приличном, ни чину,
Хулить станут; годен всяк к похулке причину
Сыскать, и не пощадят того, кто старался
Прочих похулки открыть. Станете напрасно
30 Вы внушать и доводить слогом своим ясно,
Что молодых лет плоды вы не ущербили,
Ни малый мне к делам час важнейшим и нужным;
Что должность моя всегда нашла мя досужным;
Что полезны иногда подобные были
35 Людям стихи. Лишной час, скажут, иметь трудно,
И стихи писать всегда дело безрассудно.
Зависть, вас пошевеля, найдет, что я новых
И древних окрал творцов и что вру по-русски
То, что по-римски давно уж и по-французски
40 Сказано красивее. Не чудно с готовых
Стихов, чает, здравого согласно с законом
Смысла, мерны две строки кончить тем же звоном.
Когда уж иссаленным время ваше пройдет,
Под пылью, мольям на корм кинуты, забыты
45 Гнусно лежать станете, в один сверток свиты
Иль с Бовою, иль с Ершом; и наконец дойдет
(Буде пророчества дух служит мне хоть мало)
Вам рок обвертеть собой иль икру, иль сало.
Узнаете вы тогда, что поздно уж сети
50 Боится рыбка, когда в сеть уже попалась;
Что, сколь ни сладка своя воля им казалась,
Не без вреда своего презирают дети
Советы отцовские. В речах вы признайте
Последних моих любовь к вам мою. Прощайте.

1743 г. Впервые: Кантемир А. Д., «Сатиры и другие стихотворческие сочинения», СПб., 1762, с. 160—163.

Письмо II. К стихам своим. Письмо сие сочинено в Париже в начале 1743 году в подражание 20 письма Горациева, книги I. Имея стихотворец наш издать свои сочинения, чаял нужно оправдать себя пред теми, кои хотели бы его осудить, что упражнялся в сочинении стихов, которое упражнение некоторым может показаться маловажно и мало пристойно человеку нарочитого степени и зрелого возраста; и что, не могучи удержаться стихи писать, избрал род стихов бодливый, каковы суть сатиры. На те два обличения ответствует в письме сем, показывая, что стихи он писал в молодых своих летах и в лишных часах и что сатиры должно отличать от злословия, понеже тех намерение клонится к обличению злонравия, а не злонравного и, следовательно, если пользу не принесут, вредить никому не могут.


Ст. 1 и 2. Десять лет целых тоскуете в тени. Десять целых лет лежите скрыты и народу неизвестны. Первые пять сатир и большая часть басней, песней и эпиграмм сочинены в 1729 и 1730 году, сиречь когда еще стихотворцу не исполнилось 21 год.

Ст. 4. Гостей веселых. Для того веселых, что сатиры требуют слог забавный.

Ст. 10. Когда из рук пойдете. Когда, будучи изданы, выйдете в люди и начнете из рук в руки переходить.

Ст. 11 и 12. Сносить не знали темноту. Темноту ящика, в котором вы до сих пор лежали, знакомы двум или трем только приятелям.

Ст. 14. Пока в вас цвет новости. Честь вас станут, когда вы выйдете в народ, для того что народ жаден к всякой новизне; но когда будете вызнаны, осудят меня и пр.

Ст. 16. И умным понравится. Умным людям понравится содержимая в вас правда, хоть она гола, сиречь не украшена слогом красивым.

Ст. 19. Бесстройным злословием назовут. Бесстройным — сиречь таким, в котором ни чину, ни украсы, ни забавы не находится.

Ст. 23. Меж бодливыми причислят быками. Сиречь почитать меня будут злобным человеком, который без разбору вредить всякому ищет, как бодливый бык. Повод сему стиху подали следующие Горациевы, кн. I, сат. IV:

Fenum habet in cornu, longe fuge, dummodo risum
excutiat sibi, non hic cuiquam parcet amico.
<У него в рогах сено (т.е. он бодлив), убегай от него подальше.
Когда ему захочется вызвать смех, он не пощадит ни одного друга.>

Ст. 24. Мало кто склонен. Для того меня всяк почтет бодливым быком, что мало кто склонен собою исследовать действа и намерение человека. Кто-нибудь скажет, что мои стихи суть бесстройное злословие, по тем речам тотчас прочие злословным меня присудят. Чистыми глазами, т. е. без пристрастия, без предосуждения.

Ст. 30. Доводить слогом своим. Напрасно самый ваш слог неисправный доказывать станет, что вы сочинены в молодых летах; будут упрямо осуждать, что человек в 32 года стихи пишет, примечая теперешний его возраст, а не тот, в котором они впрямь писаны.

[5/7Кантемир А. Д.


К Вертумну, книга моя, кажешься и к Яну
Смотреть, хочется тебе, сиречь, показаться
Чиста и украшена у Сосиев в лавке,
Ненавидишь ты замок и печати, кои
5 Смирным приятны детям. Скучаешь немногим
Быть показана, и над всем площадь почитаешь.
Не к таким воспитана от меня ты нравам;
Ин пойди, беги, куды тянет тебя воля, —
Выпущенной, уж тебе возврату не будет.
10 «Что я, бедна, сделала? что, — скажешь, — желала?»,
Когда кто подосадит тебе; а ты знаешь,
Как я сам, любовник твой, когда мне наскучишь,
Тебя, сжимая, верчу. Если меня ярость,
Котору вина твоя вспалила, не нудит
15 Слепо прорекать твой рок: любима ты Риму
Будешь, пока новости твоей не падет цвет,
Когда ж, измята в руках черни, впадать станешь
В презрение, или моль, праздна, молчалива,
Кормить станешь, иль, сальна, сошлешься в Илерду,
20 Иль в Утику побежишь, — тогда твой презренный
Советник станет тебе со всех сил смеяться,
Как тот, что упрямого, прогневався, в пропасть
Сам спихнул осла своего; кто бо против воли
Собственной кого спасти трудиться похочет?
25 И то станется тебе, что, когда уж старость
Достигнет заиклива, детей учить станешь
Первым основаниям учения в дальных
Улицах. Когда же зной солнца приумножит
Слушателей, скажи им, что был свобожденник
30 И скуден родитель мой; я большие крылья,
Чем гнездо было мое, протянул, и тем ты
Добродетели придашь, что роду отымешь;
Скажи, что я нравен был римским так в военных,
Как и в гражданских делах начальнейшим мужем,
35 Мал телом измолоду, сед, снося зной солнца
Без трудности, к гневу скор, но скор же смириться;
Если кто по случаю спросит мои лета,
Скажи, что исполнилось сорок и четыре
Декабрей в самой тот год, когда консул Лоллий
40 Товарищем себе быть Лепида доставил.

Кантемир А. Д., «Собрание стихотворений», Л., 1956, т. 216, с. 324—325.

«Нетрудно усмотреть, что сие письмо служило предисловием в книге, в которой собраны были Горациевы творении. Говорит он в той книге как к сыну, который, наскучив жить под опекою и надсмотром отцовским, ищет скинуть узду и на волю выйти. Отец ему изъясняет, в какие бедства он себя подвергает, и напоследок, не могучи его унять, дав ему некие наставления, пущает его на волю».


Ст. 1. К Вертумну, книга моя, кажешься и к Яну смотреть. «На площади римской к концу тосканской улицы стояло два кумира, один бога Вертумна, а другой бога Януса; все то место окружено было лавками книжников и других торговых людей».

Ст. 2—3. Хочется тебе показаться чиста и украшена у Сосиев в лавке. «В латинском стоит: хочется тебе выставленною быть на продажу, очищенна губкою Сосиевою. У римлян книги писывалися на пергаменте, которого книжники губкою, так называемым ноздреватым камнем, очищали, чтоб способнее по нем писать. Писали же на оной страницу листа, а другую выкрашивали красною или желтою краскою и, лист к листу склеив, свертывали в сверток, который покрывали кожею, на которой золотыми словами означали титло книги. Изрядно и вразумительно тому, кто помнит наши старинные столбцы, которые во всем сходны тем римским книгам, кроме того, что писаны по бумаге. Сосии, два брата, были славнейшие книгопродавцы».

Ст. 19. Сошлешься в Илерду. «Илерда — город в Ишпании, ныне Лерида».

Ст. 20. В Утику побежишь. «Книжник пошлет тебя в Утику, город в Африке, чтоб ты забавляла африканцев; ибо книжники отсылывали в дальние провинции книги, которые не можно было продать в Риме».

Ст. 22—23. Как тот, что упрямого. «Гораций притчу здесь напоминает, в его временах знакомую, в которой сказывалося, что человек некий, видя своего осла на краю ужасной пропасти, всеми образы оттянуть его старался, но осел упрямился его воле следовать, напоследок человек, рассердився, пихнул его в пропасть».

Ст. 27—28. В дальних улицах. «Сиречь в самых подлейших школах, где учат худые учители простого народа детей...»

Ст. 28—29. Когда же зной солнца приумножит слушателей. «Понеже училища лежали в низших местах, как скоро солнце, поднявся, горячо становилося, много людей схаживалося туда, ища холодок и желая слушать в то же время чтение стихотворцев».

Ст. 29. «Свобожденник, слово от меня вновь употребленное, которым изображаю латинское libertinus. Либертины называлися рабы, на волю пущенные».

Ст. 30—31. Я большие крылья, чем гнездо было мое, протянул. «Я рожден от отца свобожденника, в малом имении трудами своими, своими сочинениями достал себе славу и богатства, род мой превосходящие».

[6/7Север Г. М.


Ты на Вертумна, смотрю, и Януса, книжка, глазеешь.
Хочешь, видать, красоваться отделана Сосиев пемзой.
Не переносишь замки, печати, достойные скромным.
Стонешь — не видно тебя, и свет превозносишь публичный,
5 хоть не воспитана так. Решилась уйти — отправляйся.
Только, на волю сбежав, не будет тебе возвращенья.
«Что натворила, зачем, несчастная!» — скажешь, обидят
только лишь; знай — пресыщенный, сунет подальше поклонник.
Если не спятил пророк, разгневан виновницей, — Риму,
10 юность пока не оставит тебя, возлюблена будешь.
Дальше, руками толпы захватана, грязная, молча
праздную моль ты будешь кормить, а может, в Утику
ты побежишь, а может, оберткой отправят в Илерду.
Тут засмеется советчик, которого слушать не стали,
15 точно погонщик, осла толкнувший тупого с утеса,
в ярости — кто-нибудь станет трудиться, спасая насилу?
Так ожидает тебя, мальчишек учить на задворках
будешь ты буквам пока, картавая старость. Когда же
солнце ушей нагонит толпу раскаленное, скажешь:
20 вольноотпущенным был я рожден, и, скудным питаясь,
крылья свои высоко раскинул, гнездо покидая
(что отняла по рожденью прибавила чтоб по заслугам);
Рима я первым мужам в войне был по нраву и дома;
ростом не вышел, без времени сед, до солнца охотлив;
25 вмиг закипаю, но так же поспешно отходчив. Который,
часом расспрашивать станут, мне год — узнают, что полных
сорок четыре уже декабря минуло мне Лепид
Лоллия в год коллегой себе в который назначил.

2012 г.

Своей книге. Посланием Гораций напутствует свою первую книгу Посланий, которую он выпустил в 21 или 20 до н.э. Он обращается к ней как к «горячей деве», которой не терпится покинуть родительский кров и устремиться в опасности, о которых она ничего не знает и о которых он ее предупреждает. В заключительных строках автор сообщает некоторые, в общем скудные, сведения о себе самом.


1. На Вертумна... и Януса. На улице Аргилет, которая подходила к Форуму с северо-востока, находился храм Януса. В районе Викус Турариус, через который проходил Аргилет, находился храм Вертумна. Участок между этими храмами занимали книготорговцы. Это место неоднократно упоминает Марциал (напр. I, III). Здесь находилась и лавка известнейших в свое время братьев Сосиев, которые упоминаются у Горация также в «Искусстве поэзии» (345—346):

Книга такая и Сосиям деньги приносит, и славу;
долгих лет славу поэту дает, и моря проплывает...

Марциал I III 1—2:

Предпочитаешь ты жить в аргилетских, книжечка, лавках,
хоть и открыты всегда наши лари для тебя...

2. Римская книга представляла собой свиток склеенных листов пергамента, намотанный на деревянную скалку. Текст наносился на внутреннюю сторону пергаментного листа, который предварительно вычищался пемзой (pumex). Внешняя сторона листа покрывалась краской; готовый свиток хранился в кожаном футляре, который при необходимости опечатывался. Тж. прим. к посланию I XIII, 2.

3. Книги хранились в специальных книжных ящиках (capsa, или круглых scrinia), которые запирались на замок и при необходимости опечатывались. Подразумевается обычай римских домов держать несовершеннолетних взаперти, чтобы не давать лишнего повода попасть в неприятную историю.

4—5. Гораций упрекает книгу, что она, устав от узкого круга друзей и посвященных (для кого собственно предназначалась), стремится вырваться на свободу, стать, таким образом, предметом продажи, и испытать все что из этого может последовать. Очередной намек автора на избранность своей поэзии, несовместимость ее с коммерцией и интересами «общей публики».

12—13. В Утику... в Иллерду. Когда книга теряла продажу в Риме, книготорговцы посылали ее в провинции.

15—16. Точно погонщик... в ярости. Упоминается басня, в которой погонщик, разозлившись на осла, норовившего спрыгнуть в пропасть, в конце концов столкнул его в эту же пропасть.

16. Спасая насилу. «Искусство поэзии», 466—467:

Что нам поэтов свободы лишать погибать как угодно?
Против воли поэта спасти — все равно что убийство...

17—18. Так ожидает тебя... картавая старость. Пугая книгу «мальчишками на задворках», «картавой старостью», Гораций, тем не менее, имеет в виду, что его произведения займут свое место в школах, даже в самых захолустных местах. Ювенал VII, 225—227:

Только бы вонь от стольких лампад, сколько было мальчишек,
зря не пропала — когда по ночам казался Гораций
вовсе бесцветным, и копотью весь покрывался Вергилий...

19. Солнце ушей нагонит толпу раскаленное. Самое жаркое время дня римляне обычно проводили или дома за чтением, или в банях, где обычно читали друг другу. Марциал IV VIII, 7:

Десятый час, Евфем, — час моих книжек...

(Десятый час. Четвертый час после полудня.)

21. От поговорки maiores pennas nido extendere; «протягивать крылья большие чем гнездо». Употреблялась в отношении человека, который поднялся над своим происхождением и социальным положением.

23. О Бруте и Кассии, в войске которых Гораций принимал участие в битве при Филиппах в 24 до н.э. Характерный «республиканский» фрагмент, согласующийся с республиканской симпатией Горация, которую он сохранял до конца жизни.

24. До солнца охотлив. Гораций часто упоминает, что плохо переносит холод и сырость.

28. Гораций родился 8-го декабря 65 до н.э., 44 года ему исполнилось в 21. В этом году консулом был избран М. Лоллий (которому адресована ода IV IX). Второе кресло Сенат предложил Августу, который отказался и выдвинул вместо себя Кв. Эмилия Лепида и Л. Силана. После продолжительных прений Лоллию удалось добиться чтобы вторым консулом был выбран Лепид. Орелли (Orelli) считает, что употребление Горацием в целом нехарактерного для такого случая глагола duco (зд. «проводить, продвигать») связанно с этим обстоятельством.

[7/7Фет А. А.


Ты на Вертумна и Януса знать озираешься, книжка,
Словно под пемзою Созиев стать ты желаешь красивой.
Ты ненавидишь ключи и печати, приятные скромным;
В малом знакомстве грустя, ты свет выхваляешь открытый,
5 Хоть не воспитана так. Беги же, куда ты стремишься.
Раз убежав, — не вернешься. «Что бедная я натворила?»
Скажешь, «чего я хотела?», когда тебя кто там обидит;
И свернуться умей, коль друг твой устал, пресыщенный.
Если, взбешен непослушною, предсказатель не бредит,
10 Будешь ты Риму мила, пока не прошла твоя юность,
А как руки толпы тебя захватают до грязи,
То иль глупую моль ты станешь кормить втихомолку,
Или в Утику ты убежишь, или в связках в Илерду.
Тут засмеется напрасно тебя увещавший, как в басне
15 На скалы спихнувший осла непокорного, в гневе:
Кто же станет стараться спасать кого против воли?
Да еще под конец, обучая мальчиков чтенью
По закоулкам глухим, ты старости дряхлой дождешься.
Если много ушей привлечешь ты при солнце вечернем,
20 То расскажи, что рожден я бедным отцом-отпущенцем,
Что над гнездом у меня разрослись непомерные крылья;
Так прибавишь ты доблести, что у рожденья отымешь;
Первым в городе людям я мил на войне был и дома;
Ростом мал, до времени сед, охотник погреться,
25 Быстро вскипающий гневом, зато остывающий скоро.
Если порой кто спросит тебя о летах моих, пусть он
Знает, что сорок четыре я декабря уже прожил
В год, как Лепида товарищем Лоллий привел за собою.

Впервые: Фет А. А., «К. Гораций Флакк», М., 1883.

Послание XX. К своей книге. Выпуская (в 734 г. о. о. Р.) в свет первую книгу посланий, Гораций, обращаясь к ней как к милой воспитаннице (посл. 7 питомцу), рвущейся на свободу, предсказывает ей судьбу, ожидающую каждую книжку. Сначала автору приятно видеть ее в изящном виде, в книжной лавке, затем книга должна испытывать равнодушие пресыщенного читателя, хотя бы по новости и привлекла общее внимание; затем, затасканная грязными рунами толпы, она или замрет в кладовой, или пойдет в провинции, превращаясь в простое упражнение в чтении школьников. Тут следует, как бы заменяя подпись, краткий формуляр поэта.


Ст. 1. Вертумн (см. II кн. сат. 7, 14). Статуи Януса помещались под сводами ворот, на проходах. Капище Вертумна находилось на Форуме близ Януса, где рядом с различным товаром были книжные лавки.

Ст. 2. Созии, книгопродавческая фирма (смот. посл. к Пиз., ст. 345) тщательно подрезанные концы книжного валика выглаживались пемзой.

Ст. 8. Печать на чехле свитка.

Ст. 9. Сам поэт.

Ст. 13. Утика на север. берегу Африки. Илерда в Испании.

Ст. 15. «Автор, предсказывающий твою горькую судьбу, сам с досады будет над тобой насмехаться подобно тому погонщику, который, отчаявшись оттащить упрямого осла от пропасти, столкнул его туда».

Ст. 23. Относится к часто упоминаемому Бруту.

Ст. 28. Квинт Эмилий Лепид, сын Мания. Марк Лоллий, к которому написана IV кн. од. 9.

На сайте используется греческий шрифт.


МАТЕРИАЛЫ • АВТОРЫ • HORATIUS.RU
© Север Г. М., 2008—2016